Современный христианский богослов Каллист Уэр делится красноречивой историей о монахе, повествующей о том, как красота заряжает нас духовной энергией, необходимой для сердечного общения с Богом: «…афонский отшельник, грек, чья келья находилась на вершине скалы, обращённой на запад, к морю, каждый вечер сидел на выступе скалы, наблюдая за закатом солнца. Затем он шёл в свою часовню для совершения ночного бдения. Однажды у него поселился ученик, молодой, практически настроенный монах с энергичным характером. Старец велел ему каждый вечер сидеть рядом с ним, пока он наблюдает за закатом. Через какое-то время ученик стал проявлять нетерпение. «Это прекрасный вид, – сказал он, – но мы любовались им вчера и за день до этого. В чём смысл ежевечернего наблюдения? Что вы делаете, пока сидите здесь, наблюдая за тем, как садится солнце?» И старец ответил: «Я собираю топливо»328.
Красота излучает особые эманации, перерождающие нас и разжигающие желание стать достойными её присутствия. Она завораживает нас ещё и потому, что глядя ей в глаза, мы видим отражение своей души – вечной, прекрасной и совершенной. Так, через красоту мы обретаем путь к себе. Вот почему испокон веков искатели духовного знания стремились вырваться из мрачных и тесных городов в безбрежность природы, черпая силы в её красоте. Входя в резонанс с человеческой душой, красота сотворённого Богом мира служит катализатором вдохновенных мыслей и устремлений. Такое же воздействие оказывают на нас высокие произведения искусства, они окрыляют души и зовут их ввысь, приобщая к Божественной энергии, транслируемой через мастера. Красота творения возводит нас к красоте Творца. Как говорил суфийский мистик и музыкант Хазрат Инайят Хан, «всё красивое порождено воспарившим духом»329.
Мистическое значение прекрасного затерялось в современности, исказившей идеал красоты. Мода диктует свои стандарты, прафанируя суть красоты. И дело даже не в том, что индустрия моды сводит красоту к одной лишь плоскости внешнего выражения. Она зачастую лишает нас и этой внешней красоты, навязывая вычурные тренды в одежде, искусстве, манере поведения и кредо индивидуальности, в которых выхолощена естественно присущая человеку эстетика. В погоне за оригинальностью современный человек теряет чувство прекрасного – слишком простое и некричащее о себе в силу внутренней самодостаточности.
Все мы помним знаменитую максиму Достоевского «Красота спасёт мир». В учении Агни Йоги говорится: «Неверно сказать – красота спасёт мир, правильнее сказать – осознание красоты спасёт мир»330. Красота спасёт лишь того, кто сумеет всмотреться в неё, внять её молчаливой очевидности. Понимание красоты, как отражения высшей надземной гармонии, приводит в действие заложенный в ней потенциал для трансформации нашего сознания. Умея видеть спрятанное в красоте послание, мы сонастраиваем мелодию своей души с музыкой высших сфер. Известный поэт и последователь Агни Йоги Р.Рудзитис писал: «…космически осознанная красота, введённая в грани Беспредельного, где каждое малейшее проявление красоты стремится включиться в цепь большей красоты, красоты духовной, где каждая искра есть лишь частица великого безмерного Огня, такое сознание красоты может спасти человека, освободить его от всех тягостей мира, омыть и сжечь в нем все засорения самости, раскрыть в его духе божественную сущность и преисполнить его сознание Светом, доселе незримым»331.
Мистики всегда знали, что красота объектов материального мира есть лишь слабый отблеск красоты Бога. Во всём прекрасном они видели Его искусное мастерство, неподражаемое, многоликое творчество. Суфийский мыслитель Гисудараз говорил: «Ты смотришь на красавицу и видишь её внешний облик и стать, в то время как я не вижу ничего, кроме красоты и искусства Создателя»332. Любуясь зримой красотой мира, мистики восторгались скрытым от взора очарованием Божественного.
Страстное стремление к красоте, желание окружить себя ею, наполнить красотой повседневность – не бесцельная прихоть. Человек бессознательно тянется к прекрасному, играющему свою магическую мелодию на струнах его сердца. В учении Агни Йоги часто подчёркивается значение красоты как ведущей к свету силы, которую необходимо вносить во все сферы своей жизни. Мышление, действие, творчество, повседневность и быт – всё должно быть напитано красотой, возжигающей лучшие устремления. Б. Абрамов, ближайший ученик Е.Рерих, писал: «Через Красоту имеете Свет. Красота мысли! Что может быть созвучнее сферам высоким! Служение Красоте во всех её формах будем считать служением Свету, а служителя её – светоносцем. Красотой очищается сознание, как водою – тело от грязи»333.
