– Я тебя вроде бы предупреждал, что глаз на жопу натяну при следующем удобном случае, – прорычал я и потянулся второй рукой, дабы перевести словесные угрозы в разряд членовредительства.
И тут я застыл, осознавая, что все это действо видела детвора, столпившаяся на безопасном расстоянии. Разжав руку, я развернулся и пошел, скомандовав:
– Быстро за мной!
Кошак, благополучно приземлившись на все четыре лапы, потрусил следом, опустив морду к земле.
Спустя некоторое время я подошел к дому Саймона и, постучавшись в дверь, стал ждать.
Дом оказался трехэтажным особняком. Подходя к двери, я отметил, что она выполнена из монолитного куска дерева с витиеватым орнаментом по краю двери, ручка была в виде оскалившегося льва. Схватившись за дверное кольцо, я стукнул три раза. Открыв дверь, Саймон кивком пригласил меня войти, наглая кошара, не дожидаясь приглашения, шмыгнула следом. Дождавшись пока все войдут в дом, Саймон прикрыл дверь и, развернувшись, сказал:
– Пойдёмте.
Старик развернулся и зашагал в сторону лестницы. К моему удивлению, Саймон подошел к лестнице и приглашающе позвал нас в сторону подвала. Подождав, пока мы подойдем и начнём спускаться в этот самый подвал, Саймон развернулся и взмахнул рукой. Окружающее пространство будто бы вымерло: все звуки угасли, свет как будто бы померк. Повернувшись ко мне, старик сказал:
– Чего же ты ждешь? Пойдем вниз.
В этом мгновение меня пробрал холодок, а левая рука предательски задрожала, но я сдержался и шагнул в пропасть. Спустившись, мы оказались на ровной поверхности. Я оглянулся, понял, что это не пыточная, выдохнул и прошёл к стоящему у стола стулу. Усевшись поудобнее, я ожидающе уставился на Саймона.
Саймон же вальяжно обошел стол, отодвинул стул, уселся и со скрипом пододвинул его обратно.
– Ну что, поговорим?
Кошак решил, что разговор его тоже касается и, запрыгнув на стол, сел, уставившись на меня своими неморгающими глазами. Саймон ухмыльнулся, погладил кота и спросил, как я его назвал.
– Зачем мне его называть? – удивился я.
– Животное выбрало тебя, теперь у вас одна судьба. Ты знаешь, что это за животное? – спросил старик.
– Нет, – ответил я.
– Это Варс, племя диких кошек, они выбирают предводителя один раз в жизни и тем самым связывают себя и свою судьбу с ним. Когда предводитель гибнет, все Варсы клана сходят с ума от потери и гибнут в ближайшее время. Насколько я понял, данный Варс не успел принять выбор до встречи с тобой, и по случайности ты стал его предводителем, ваши судьбы переплелись в тот момент, когда ты оставил ему жизнь, и теперь он будет служить тебе до последнего удара сердца.
– Вот только служителей то мне и не хватало, – пробубнил я.
Варс же, в свою очередь, хищно оскалился и попытался поцарапать мне руку, на этот раз реакция не подвела, и я успел отдернуть её.
– Смотрю, у вас любовь, – хмыкнул старик.
Я показал кошаку кулак и пригрозил:
– Порву как Тузик грелку, скотина!
В ответ животное ощетинилось, но прыгнуть не решилось.
Спустя секунду Саймон посерьезнел и сказал:
– Рекомендую тебе наречь животное именем и начать налаживать с ним контакт, в противном случае вам вдвоем не жить.
– Что, всё так серьёзно? – с сомнением спросил я.
– Да, Варсы магические существа и, давая присягу верности и признавая вожака, они связывают с ним свою судьбу. Погибнет вожак, в считанные часы вымрет и все племя. В то же время, существуют легенды, что истинные члены племени могут делиться жизненной энергией с вожаком.
– То есть ты хочешь сказать, что выхода нет, и мы связаны всю жизнь?
– Выход есть всегда, но он тебе не понравится, выбери имя животному и начните налаживать контакт, – повторил старик. – Но достаточно о коте, нам необходимо решить вопрос с тобой. Ты находишься в предсмертном состоянии, хоть этого и не ощущаешь. Я сделал отвар из тех корений, что мы добыли в пещере, сейчас я его принесу, и тебе необходимо будет выпить данную настойку. После мы проведем диагностику твоего организма и попытаемся выяснить, что тебя убивает, и может быть, поймем почему ты еще жив.
Старик встал и пошел к лестнице. К моему удивлению, кошак проводил его довольным взглядом и, повернувшись ко мне, вопросительно уставился мне в глаза.
– Что?
– Мрррр… – ответил кот и прыгнул.
Конечно же среагировать я не успел, животное приземлилось мне на грудь и, опрокинув меня, довольно заурчало.
Упав на спину, я только и успел, что матюгнуться трехэтажным выражением родного русского языка, но в это время кот уже устроился у меня на груди и свернулся калачиком. На попытки согнать кота он возвращался на то же место.
Когда вернулся Саймон, мне удалось договориться с котом, и он лежал у меня на коленях, а я сидел на стуле со сломанной после падения спинкой.
– Вижу, вы плодотворно провели время, – сказал Саймон.
– Не то слово, – угрюмо ответил я.
– Как ты себя чувствуешь? – уточнил Саймон, подходя к столу с подносом, на котором находилось две кружки, флакон и один большой графин.
– Да вроде бы не жалуюсь, – ответил я немного напряженно.
