Саймон в этот день предложил провести время за отдыхом и не заниматься тренировками, по его заверению в ближайшие дни должен был приехать святой инквизитор, вызванный ради проверки и лечения меня перед отправкой в Святой Чертог для лечения…
В этот вечер я провалился в забытье после ужина, и даже сам Айзек не смог дозваться меня…
На следующее утро я проснулся и, приняв завтрак со всеми служителями, отправился в летний сад, дабы ожидать приезда инквизитора для какой-то там проверки.
– Добрый день, – произнесла маленькая девочка, обращаясь ко мне.
– Приветствую тебя, малявка, – снисходительно произнес я.
– Фхх… – ответила девочка и развернулась, собираясь уйти.
– Постой, прости, я не хотел тебя обидеть, кто ты?
– Хм.. простой и в то же время сложный вопрос… – с большой задумчивостью произнесла девочка, – как бы лучше тебе ответить… – сказала она, пропав из поля зрения.
– Кто ты? – повторил я, и инстинктивно клинки закружились вокруг меня, описывая правильные окружности.
– Ох… какой страшный… – сорвавшись на смех, ответила фея, появившаяся в метре от меня.
Она появилась так резко, что от неожиданности к ней устремились три из четырех клинков. К моему облегчению, клинки прошили пустоту… и голос феи оказался строго за мною, клинки вновь устремились за ней…
– И долго ты собираешься гоняться за мною? – спросили из пустоты сверху меня.
–
И тут я услышал:
– Хватит этих игр!
В следующую секунду все мои клинки упали замертво, и из темноты вышла белокурая девушка, кожа ее светилась и свет застилал все вокруг
– Пойдем со мною… вместе мы сможем перевернуть весь мир, – сказала она, протягивая руки ко мне.
– Я не могу… – ответил я, и свечение ее рук померкло.
В следующую секунду я очнулся, лежа на походном топчане, рядом, раскинув руки, сидели Кара и Саймон, а вокруг нас стояла дюжина арбалетчиков, целившихся в меня…
Глубокий вдох и слабый выдох… десяток стрел пришли в движение. Слабый стон, и я вырвался из забытья.
В следующий миг меня перевернули на живот и стянули руки за спиной так, что пальцы похолодели сразу же. Затем мне на голову накинули мешок, подняли на ноги и вывели из кельи. Следующие 10 минут меня тащили, а после кинули в телегу и повезли в неизвестном направлении, к тому времени я уже потерял ориентацию в пространстве и не мог понять, где нахожусь. Монотонный звук поскрипывания колёс у телеги и покачивания на неровностях меня усыпили. Проснулся я от того, что закончился скрип колёс телеги, и она остановилась. В следующую секунду меня выдернули и потащили по ступенькам, и в этот же момент я услышал голос Кары: "Осторожно, это всё же не мешок снавозом". После конвоиры вели себя уже более благосклонно, тянули меня в течение пяти минут, а потом сняли мешок с головы и освободили руки. Ослепленный, я заозирался. Первое, что бросилось в глаза, это то, что конвоирами оказались два послушника, облачённые в светло-грязные балахоны. Как только они вышли, закрыв за собой массивную железную дверь, я начал осматривать помещение, в котором меня заперли. Судя по всему, помещение находилось в подземелье, окна я так и не обнаружил. Подойдя к массивной двери, я дёрнул её и понял, что она закрыта снаружи. Развернувшись спиной к двери, я окинул всё помещение невесёлыми глазами. Из меблировки в ней оказался низкий пустой топчан и ведро для справления нужды в дальнем углу. «
– Наверное, вы посвятите меня в свои планы и расскажете, почему притащили меня с завязанными глазами как последнего убийцу?
Кара вскинулась, но Саймон жестом остановил её.
– Да, Ден, ты прав. Мы расскажем тебе, почему притащили тебя сюда таким образом.
– Так начинайте же! – Мысленно я уже вскипал.
На этот раз Кара выступила вперёд и произнесла:
