Насмотревшись, аргилэ садится на шкуру, где я до этого спал, скрестив ноги.
Я подхожу к корзинке со спящей змейкой и начинаю её будить:
— Анаэль, просыпайся, — мягко положив на неё руку, нежно расталкивая.
Со звуком: «Няя~», затряслись заострённые ушки и кончик хвоста. Тоненьким голоском ламия простонала: «Я проснулась!», потягиваясь, открывая вид на своё обнажённое тело и зевая, не прикрывая рот, из-за чего стали видны зубки и маленькие клычки в верхней части рта.
Как у неё этот алгоритм действий вообще зародился?
— С добрым утром, — сказал по доброму я улыбающейся ламии.
Тут же её взгляд упёрся в меня. Её глаза расширились, а рот раскрылся. Некоторое время она смотрела, не отводя взгляд. А потом, сильно покраснев, прикрыла грудь руками, отвернулась и сказала:
— Н-не смотри… пожалуйста…
… Мило.
Я отворачиваюсь, смотря на аргилэ, который повернулся к нам спиной. Вряд ли он понял её слова. Скорее это просто обычная вежливость. Не уверен, что их вообще могут интересовать другие расы, похожие на людей.
А ведь в первый день Анаэль так не стеснялась. Хотя тогда она, наверно, больше беспокоилась о своей жизни, посчитав меня за злого духа.
— Всё, — услышал я тихое бормотание ламии.
Повернувшись, я снова посмотрел на неё. Глаза, ещё вчера наполненные нежностью и радостью от моего возвращения, теперь застенчивы и отводятся в сторону, избегая прямого контакта. Стараясь укрыть лицо, расцветшее краской, за руками она теребила свои короткие для девочки волосы.
Ладно, она смущена явно сильнее, чем во все разы до этого. Вчера я так же увидел её в неглиже, но так сильно она не смущалась… Хотя, точно. Тогда всё её смущение смыло радостью от возвращения Лин.
— К нам один аргилэ пришёл, что-то сказать хочет, — объяснил я причину, по которой её разбудил, на секунду отведя взгляд к гостю. Анаэль повернулась к нему и ответила:
— Хорошо.
Ламия вылезла из корзины и поползла к гостю, а я вслед за ней. Мы уселись перед ним, он развернулся к нам.
— Спроси его, зачем он пришёл.
Анаэль сделала это, а аргилэ ответил. Потом она перевела:
— Он пришёл передать, что нас хочет видеть глава.
— … И всё?
— Да, — кивнув.
— А подождать нельзя? Дождь снаружи.
Анаэль спрашивает эту у аргилэ. Услышав ответ машет головой:
— Говорит, нужно обязательно идти сейчас.
— А ты готова идти?
— Угу, — кивнув.
— Тогда идём. Пускай проведёт нас.
Когда Анаэль сказала это, аргилэ кивнул и поднялся. Я вслед за ним, подняв Анаэль на плечо. Принял лекарства. На выходе обулся.
— [Яз. Нерейдий] На самом деле, — внезапно заговорил аргилэ, — Я против того, чтобы вы заходили в дом главы, но он настоял, так что выбора не оставалось.
Анаэль перевела сказанное. Как я понял, должно быть, ему не хочется подвергать своего предводителя опасности. Всё же мы незнакомцы, так ещё и другой расы. Не удивительно, что кто-то нам не доверяет. Короче, я просто пытаюсь оправдать его грубость.
Мы вышли из дома. Дождь лил с неба, создавая мелодичный звук капель, которые стекали по кронам деревьев и листьям кустарников. Воздух наполнялся свежестью и запахом зелени. Мы старался идти быстро, чтобы промокнуть как можно меньше. Волосы прилипли, а одежда и обувь тяжелели от влаги.
По пути к цели мы проходили мимо множества грядок, полных корнеплодных растений. Грядки располагались в ровных рядах с узкими проходами между ними.
Вчера нас переселили в другое место, на ещё большем отшибе, чем прошлое. Домов там почти не стоит, зато эти грядки близко. Потому, когда нас вели к нему, мы проходили мимо них. Тогда я спросил у Анаэль, как называются эти растения, а она ответила: «галрот».
Это растение имеет небольшой, размером с яблоко, круглый корнеплод немного выглядывающий из-под земли, чем-то похожий на канталупу (разновидность дыни), но интенсивного красного цвета. Корнеплод покрыт мелкими бугорками-чечевичками (образования служащие для газообмена). Листья растения большие и широкие, имеющие волнистый край и зелёную окраску с ярко-красными жилками, что создаёт не хилый контраст. Листья, как и плоды, могут использоваться в кулинарии, так как, судя по тому, что рассказывала Анаэль, обладают слабым сладковатым привкусом.
Капли воды бьют по поверхности листьев и стеблей этих растений, образуя на них множество мелких брызг, своим мерцанием ломающие свет. Они поливали растения, помогая им расти.
Чуть дальше росли ещё какие-то растения, но далековато, потому разглядеть их сложно.
Наконец мы подошли к окружённому кустарниками глиняному дому. Конечный пункт назначения. Аргилэ постучался в дверь, а после того, как кто-то внутри ответил, открыл дверь.
Дом ничем не отличался от остальных ни снаружи, ни внутри. Только знак на двери с какой-то надписью давал понять, кому он принадлежит. Так помечены и остальные дома, но всё же не все. Как я понял, не помеченные пусты.
В тёмной комнате, освещенной слабыми лучами зеленого света от растений в её центре, на шкуре сидел какой-то аргилэ, кроме одежды ничем не отличающийся от остальных. Для меня не отличающийся. Сами аргилэ, должно быть, хорошо определяют друг друга.
