— Прикоснись ко мне, и я ещё до утра закую тебя в цепи, — презрительно фыркнул он. — Я думал, что ты давно устал играть в няньку. Мне она точно не нужна, как не нужно, чтобы за мной следовали по пятам. Я не своевольный ребёнок, которого ты запугивал. Уже нет.
— Да уж, — старик покачал головой. — Ты хуже. Ты испорченный мальчишка, разряженный в прекрасные одежды мужчины. Если бы я мог вообразить, что твоя мать когда-нибудь согласится на это, я бы сказал ей, что самым лучшим будет отправить тебя в плавание с Треллом. В качестве матроса. Научить немного азам профессии, которой твой отец овладел до мозга костей, ещё когда был вдвое моложе тебя.
Брэшен Трелл произнес:
— Боюсь, он слишком стар, чтобы его обучать. Вы оба упустили свой шанс, — странное выражение появилось на его лице. — Он напоминает мне испорченного купеческого сынка, который думает, что он торговец.
Мальчишки имеют привычку настороженно замирать, когда не хотят признавать, что чьи-то слова задели их. Вот и Кеннитсон стоял так же — неподвижно, плечи слишком напряжены. Когда он заговорил, его слова были четкими:
— Я сейчас вернусь во дворец. Но не наряжаться и играть в кости с обезьянами с Островов Пряностей. Корабль! Увидимся утром, — он бросил взгляд на Брэшена и Альтию. — Надеюсь, у вас будут готовы апартаменты к моему возвращению. Каюта, которую я видел, когда взошел на борт, вполне подойдет. И, пожалуйста, обеспечьте мне подходящую еду и напитки.
Он прошел мимо нас, но я заметил, что он выбрал путь, который не требовал, чтобы кто-то отступил в сторону, и понял, что он сомневается в своих способностях противостоять любому из нас. Мы слушали резкий стук его сапог по палубе, потом он перелез через ограждение и спустился по веревочному трапу, покрикивая на бедолагу, который ждал его в маленькой лодке. Звук весел был тихим шепотом в ночи.
— Ты действительно так считаешь? — глубокий голос Соркора был полон смятения. На мгновение я не мог понять, о чем он спрашивает Уинтроу, но в темноте старик смотрел на Брэшена.
Капитан Совершенного посмотрел под ноги.
— Нет. Не совсем, — признался он. — Хотя я был моложе, когда отец вышвырнул меня из дома и сделал своим наследником моего брата. Было трудно найти свой собственный путь. Но я нашел. Ещё не слишком поздно и для сына Кеннита, — он тяжело вздохнул. — Но это не то, чего я хочу.
Соркор посмотрел на луну, свет упал на его лицо. Брови были нахмурены, а губы поджаты в раздумье. Затем он хрипло произнес:
— Но корабль прав. Он должен плыть с тобой. Это его последний шанс, его единственный шанс узнать эту палубу под ногами. Поплыть на корабле, который сформировал его отца, — он бросил встревоженный взгляд на Брэшена. — Ты должен взять его.
— Что? — начал Уинтроу.
Но Соркор пригрозил ему кулаком, затыкая возражения. Старик прокашлялся:
— Я подвел мальчика. Когда он был маленьким, я был слишком рад, что частичка его отца осталась с нами. Я лелеял его и берег от зла. Никогда не давал ему почувствовать боль из-за своих ошибок, — он покачал головой. — И его мать души в нем не чает и дает ему все, что ему захочется. Но дело не только в ней. Я хотел, чтобы он был принцем. Хотел, чтобы он ходил в модной одежде и с чистыми руками. Я хотел видеть, что у него есть то, что его отец заработал для него. Что он такой, каким его отец хотел бы его видеть, — он снова покачал головой. — Но почему-то этого не случилось.
— Ему и не нужно было становиться мужчиной, — ровным голосом заметил Брэшен. Слова его были резкими, но не интонация.
— Уехать, чтобы быть подальше от матери? — предположил Соркор.
Альтия внезапно встала перед Соркором. Её взгляд переместился от него к Уинтроу.
— Мне он не нужен. У меня достаточно забот в этом путешествии. У меня есть лишь смутное представление о том, куда мы идём, и я понятия не имею, что будет там с нами. Или сколько времени займет маленькое задание Янтарь, или когда мы вернемся. Возможно, тебе не рассказали, Соркор, но мы отправляемся за смертью и местью. Вполне вероятно, все закончится тем, что мы будем бороться за свои жизни. Или умрем. Я бы не желала нести ответственность за благополучие принца Пиратских островов, не говоря уж о его выживании.
— Я буду, — сказал Совершенный.
Мы все одновременно услышали и почувствовали этот ответ. Он шёл из самого нутра корабля и ощущался не как возглас, а как констатация факта. Я не хотел никакого расширения нашей компании в этом путешествии, не говоря уже об избалованном принце, поэтому набрал воздуха в легкие, чтобы высказаться, и вдруг почувствовал на запястье хватку Янтарь. Вполголоса она сказала:
— Тсс. Как говорят в Калсиде, в этом бою у тебя нет пса.
С тех пор, как мы прибыли на борт Совершенного, я чувствовал, что контроль над моими планами все более ускользает от меня. Не в первый раз я сожалел, что не отправился в одиночку.
— В нашу каюту, — твердо объявил Брэшен. Его взгляд блуждал по нашим лицам. — Следуйте за мной.
Он взглянул на свою команду и добавил:
— Вернитесь к своим обязанностям. Пожалуйста.
