— Кеннит отвез меня туда, услышать, что Другие могли бы предсказать мне. Он бывал там раньше, полагаю. С Игротом. Существовал обычай: если ты находил что-то выброшенное на берег Сокровищ и отдавал это обитающим там существам, то они могли бы предсказать твое будущее. Но я не нашел никаких сокровищ. Только огромную змею, которую держали пленницей в огороженном бассейне. Более высокие приливы могли наполнять бассейн водой, но бедное создание было слабым и вынуждено сворачиваться из-за жизни в столь ограниченном пространстве. Она заговорила со мной… И мне удалось её освободить. Хотя её прикосновения при побеге содрали мою кожу, и я почти утонул при этом.
— Это я помню, — сказала Этта. — Соркор тоже рассказывал о предыдущем посещении Кеннитом тех мест. — Слабая улыбка тронула её губы. — Он предпочел уничтожить то, что нашел, лишь бы не отдавать тем существам.
— Похоже на Кеннита, — согласился Уинтроу, и я не смог определить, прозвучали в его голосе нежность или страх.
На секунду воцарилась странная тишина.
— Героический поступок! — воскликнул Рапскаль. Он ударил кулаком по столу, заставив нас всех подпрыгнуть, глаза его повлажнели. — Я поделюсь этой историей с Хеби и всеми драконами! — Он застыл в молчании, глядя в одну точку.
Уинтроу и Этта обменялись взглядами. Был ли я единственным, кто почувствовал поток мыслей между ним и его драконицей? Затем я услышал трубный глас Тинтальи со стороны причалов.
Рапскаль вскочил и неожиданно начал стаскивать кольца с пальцев. Хлопнул пригоршню украшений на стол и подтолкнул к Уинтроу. В глазах его стояли слезы:
— Драгоценности Элдерлингов — слишком скромный дар для человека, который освободил змею из рабства Богомерзких! Благодарность драконов — редкий товар! Также с тобой признательность всех Элдерлингов. — Он взглянул на Этту. — Хеби говорит, что вы посылаете своего сына сопровождать Фитца Чивэла и помочь совершить возмездие. Хеби довольна. Она отзывается о нем с высочайшей похвалой. Она обещает, что, когда она достигнет Клерреса, мы отыщем его! — Он возвысил голос до крика. — И она понесет его на спине в сражение!
В комнате все стихло. Янтарь первой нарушила тишину:
— Значит, драконы летят на Клеррес с нами, чтобы совершить свою вендетту?
Надежда или страх звучали в её голосе?
Рапскаль поставил бокал и покачал головой:
— Не сразу. Наша задача по защите созревших яиц является первоочередной. Когда сезон появления змей завершится, и мы удостоверимся, что каждый Богопротивный убит, тогда мы прилетим.
— Когда мы разговаривали в последний раз, мы были уверены, что моя дочь мертва. Сейчас же мы полагаем, что она могла выжить. Что Пчелка может быть пленницей на Клерресе.
Янтарь вклинилась в разговор:
— Если она будет в городе во время нападения драконов, то может пострадать. Или погибнуть.
Рапскаль кивнул:
— Последнее вероятнее всего, — признал он. — Разрушения, произведенные в Калсиде, были очень основательны. Здания обрушились. Кислотный туман драконов окутал людей и животных. — Он удовлетворенно кивнул. — Сомневаюсь, что во дворце герцога хоть кто-то выжил. — Затем, заметив ужас на наших лицах, он неожиданно сказал, — я понимаю ваши опасения. В самом деле, понимаю.
— И ты сможешь переговорить с Тинтальей и Хеби? Попросить их помочь нам? Или хотя бы разрешить нам попытаться освободить Пчелку, прежде чем они снесут город до основания? — Янтарь затаила дыхание.
Он сложил домиком ладони с длинными пальцами и уставился на свои алые ногти. Мы молча ждали. Наконец, он тихо произнес:
— Я поговорю с ними. Но, — он поднял глаза и прямо встретил мой взгляд, — я ничего не могу обещать. Думаю, что вы уже знаете это. Драконы не… они не считаются с людьми… — Он умолк.
— Они не сочтут это важным. — Мои слова упали, словно подбитые на лету птицы.
— В точку. Мне очень жаль. — Он повертел вилку в руках и добавил, — единственная ваша надежда — оказаться там раньше нас. Постараться освободить её до того, как драконы осадят город. Мне, правда, жаль.
Я не знал, думал ли он так на самом деле. Интересно, не стал ли он сам подобен дракону. Неспособному осознать важность одного единственного ребёнка.
Рапскаль приподнял голову, словно к чему-то прислушиваясь.
— Хеби насытилась. Вы славно её угостили, я благодарю вас. — И вновь он о чем-то задумался. Затем он улыбнулся. — Полагаю, Тинталья тоже сыта. Теперь они будут спать. Такой перелет вымотал их обеих, а Хеби так вообще на грани истощения. — Он бросил на меня взгляд, и многозначительно вскинул бровь, словно напоминая мне о нашем общем секрете. — К счастью, в моей седельной сумке найдется источник… восстанавливающий силы. Завтра я дам его Хеби, но сегодня днем и ночью она должна отдыхать. Да и я тоже. — Он улыбнулся Уинтроу и Этте. — Не могли бы вы приготовить для меня спальню и ванную? Признаться, я крайне утомился, да и конечности затекли. Летать так высоко над землей всегда очень холодно! Я мог немного поспать в седле, но настоящим отдыхом это сложно назвать.
