Мир, где мне очень рады полностью

— Так, я вернул потерянную душу. Теперь уходим, пока тут ещё армия знакомых не образовалась.

А то вот меньше всего нам надо сейчас светиться перед другими такими людьми, как Рубека.

Где-то минут через пятнадцать мы наконец вышли к границе города. Это было видно по норам, как я их называю, которые резко обрывались на этом моменте. А ещё здесь росла своеобразная такая полоса из кустов, словно ограничивая территорию города. Но ни стен, ни каких-либо вышек или стражи я не видел.

Это было…

— Подозрительно. Что за странный город?

— Ни стражи, ни стен, — оглянулся патлатый. — Словно им и обороняться не от кого.

— Может не от кого, — сказала наёмница, та, что постарше. — У них с этой стороны графство Фракции Дня, так что могут сильно и не бояться. Зато с другой стороны у них демоны. Может туда силы и согнали.

— Их и демонов ещё леса с высокогорьем отделяют, — сказал патлатый.

— Во-первых, там просто холмы, не больше. Во-вторых, ты так говоришь, словно лес станет препятствием демонам.

— Ну добраться они точно не смогут до сюда быстро.

— Да смогут, было бы желание. Я там жила, я знаю, о чём говорю.

Пока эти двое спорили, я обернулся. На мгновение мне показалось, что за нами кто-то следит, но… никого не было. Просто кусты.

— Господин, вы тоже почувствовали? — тихо спросила молодая наёмница. Она у нас была скрытником, который как раз должен был выслеживать.

— Что за нами следят?

— Что на нас словно взглянули, — ответила она.

Взглянули… Я бы выразился так: на нас обратили внимание.

— Да, что-то подобное почувствовал.

— Это, скорее всего, магия, — ответила она.

— Магия?

— Да. Такое странное чувство возникает из-за магии, господин. Когда используют магию наблюдения, слежения или чего-то подобного, что может следить за нами.

Магия слежения? То есть мы кого-то заинтересовали? Хотя если не видно никого, то значит, за нами пока просто наблюдают. Или же готовят нападение? И почему всё у нас не слава богу?

— Понятно… — вздохнул я и бросил взгляд в сторону горы, перед которой росли леса. — Тогда погуляемся пока к лесам. Там глядишь, и преследователь отвалится. Или же наоборот, явится по наши души.

Прогуляемся по лесам. Хех… Тут ближайшие леса в километрах двадцати от города-бомбоубежища. С другой стороны, я изредка бросал взгляд назад, но никого не видел, кроме путников, что шли рядом с обозами, небольшие группки авантюристов и прочий люд. Вообще, среди них кто-то и мог быть тем, кто за нами следит, однако сейчас выяснить это было невозможно. Кроме как…

— Сворачиваем с дороги, — приказал я и мы двинулись через поля в сторону моря. Если уж уходить от скрытого преследования, то только так.

Мы с дороги и быстро пересекли зелёный луг вплоть до холма. Никто за нами так и не последовал. Хотя глупо было рассчитывать, что кто-то вообще последует за нами так открыто. После этого мы спустились с зелёного холма, вновь поднялись на следующий и так несколько раз, пока не оказались на последнем, который сходил прямо к берегу моря.

Здесь дул свежий ветер, что нёс запах соли с моря. Так приятно, кстати говоря. Особенно когда на улице тепло. К тому же это ветер пускал волны по траве, которая переливалась разными оттенками зелёного и создавала иллюзию реальной волны. Даже при преследовании я смог оценить, как здесь красиво. Показывают же воду на Гавайях, такую изумрудную, вот здесь она выглядит ровно так же. А ещё большой песчаный чистый пляж… м-м-м… если бы не эта хуйня с преследованием, точно б остановился здесь.

— Они не отстали от нас, — вздохнул я оглядываясь. — До сих пор следят.

— Но не в прямой видимости, — оглянулась наша молодая следопытка. — Я не вижу, откуда следят и не чувствую их присутствия, но они точно знают, где мы. Пока знают. Мы можем попытаться оторваться.

— Добежать до леса? — посмотрел я на зелёные возвышения вдалеке.

— Да, мы сможем… Ну кроме Рубеки… — она с сомнением посмотрела да немую, но та состроила уверенное выражение лица и стукнула себя кулачком в грудь.

— Окей, — обернулся я к остальным. — Вы слышали, бежим пока не скажу стоп. Всё, погнали.

Бег на длинные дистанции. Средний человек бежит со скоростью двадцати может, восемнадцати километров в час. И то, не долго. Однако у нас же есть стата! Вон, если выносливость вкачена, то ты можешь хоть целый день бегать со скоростью двадцать километров и не париться. Или если сила вкачена, то сможешь разогнаться на короткий промежуток то пятидесяти или до шестидесяти километров. Я имею в виду пробежать очень быстро определённую дистанцию.

Про рывки молчу, там некоторые разгоняются так, что вообще смазываются.

Среди нас здесь только я был хайлвлом, однако достаточной выносливостью обладали абсолютно все для долгого бега. Все, кроме…

— Эй, берите моё обмундирование, — перекинул я свой вещмешок патлатому, а меч и всякие вещи лысому. Только револьвер себе оставил.