Лицо господина Илира, обращённое к Пайпер, изображало высшую степень недовольства. Было ясно: он согласился на разговор о Третьем исключительно потому, что юному сальватору следует знать свою историю, но на такое странное знакомство он не подписывался.
— Я ожидала… большей истерзанности, что ли, — растерянно пробормотала Пайпер.
— Это невозможно, — ответила демоница.
— Все великаны красавцы? — попыталась отшутиться Пайпер, но очень быстро поняла, как это глупо. В парнях она не разбиралась, даже представления не имела, какие у неё понятия о красоте, да и из великанов ей встретился только Гилберт. К тому же, взгляд Третьего казался не только спокойным, но и тяжёлым — она заметила это только сейчас, вновь задрав голову и вглядевшись в его голубые глаза.
— Я некрасивых великанов не видела, если честно, — ответила демоница. — Но я помню такого Третьего, а не истерзанного, потому что с ним я рассталась вместе с Йоннет.
— Таким он был до Вторжения, — заключила Пайпер. Избавиться от ощущения, что перед ней стоит настоящий Третий, а не демоница, принявшая его облик, было трудно. Пришлось сосредоточить взгляд на деталях его одежды.
— Я знаю, что надеяться опасно… особенно мне, тёмному созданию, — пробормотала демоница. Её шёпот, звучащий голосом Третьего, казался слишком завораживающим. — Но я надеюсь, что если он не сгинул окончательно, он не сильно изменился.
«
— Хебраска, верни свой настоящий облик.
Вместе с тем, как таял образ Третьего, исчезало недовольство на лице господина Илира. Оно осталось лишь в уголках его плотно сжатых губ, точно немой упрёк Пайпер, о котором она должна была догадаться и из которого должна была сделать соответствующие выводы.
Демоница вернулась к облику невысокой девушки с рогами и чёрными склерами, и Пайпер убедилась, что это её настоящий облик.
— Если ты хочешь сохранить эту власть, то не называй моего настоящего имени другим, — посоветовала Твайла, в очередной раз вцепившись в край своего платья. — Слух демонов лучше, чем у людей, и я услышу тебя за несколько миль — так что шепчи моё имя, но не называй его слишком громко, иначе потеряешь власть.
— Почему ты так доверяешь мне?
Этот вопрос терзал Пайпер с самой первой секунды их разговора. И ответ на него был озвучен раньше, чем Пайпер успела моргнуть:
— Потому что я доверю Силе.
Магии, которая не позволяет отличать правду от лжи, но и не натягивается до напряжения в нитях, когда тёмное создание заявляет подобное. Либо Лерайе спит слишком крепко и не может управлять взбунтовавшейся без её чуткого руководства Силой, либо уповает на слова Твайлы и верит, что Пайпер примет их.
Пайпер разрывалась в сомнениях, но вслух произнесла:
— Покажите мне кристалл.
Твайла, повернувшись к господину Илиру, приложила ладони к ушам. Несколько движений, которые проделал маг, как догадалась Пайпер, сняли барьер вокруг него.
— Она хочет видеть кристалл.
Старик, не меняя недовольно поджатых губ, каким-то образом всё же крикнул:
— Егерь, бегом ко мне!
Пайпер ожидала чего угодно, — от слуги до ещё одного демона, — и уже приготовилась к атаке, но сквозь стену, как совсем недавно это делал мейн-кун, проскочил ещё один кот, но на этот раз — совсем уж странный и поражающий своим внешним видом. Его шерсть была салатового оттенка и слабо мерцала, глаза — жёлтые, с расширившимися чёрными зрачками, а во лбу, точно под вибриссами, красовался круглый жёлтый камень.
Кот с радостным мяуканьем подскочил к господину Илиру, и тот, не тратя время на лишнюю ласку, опустил пальцы на жёлтым камень у него во лбу. Никаких чудесных преображений, рассеиваний чар или излечений таинственного камня, спрятанного во лбу кота с салатовой шерстью, не произошло — была только слабая вспышка света, в результате которой в ладони господина Илира оказался маленький прозрачный вытянутый кристалл.
Тот самый, что Пайпер видела у Йоннет и Третьего.
— Это…
— Мы спрятали его в этом драу, потому что на них часто не обращают внимания, — пояснила Твайла, перебив её. — Сначала кристалл хранился у господина Илира, но потом мы заметили, что на Егеря никто, даже гости господина Илира, не обращают внимания. Камень в его лбу отлично маскирует магию, исходящую от кристалла.
— Этот кот салатовый, — закончила Пайпер, указав на кота. — И его зовут Егерь. Почему кот салатовый и почему его зовут Егерь?
— Не знаю, — Твайла пожала плечами так легко, словно объект их обсуждения был слишком незначительным и не заслуживал того внимания, что ему оказывают. — Некоторые драу вообще необычно выглядят… В смысле, необычно для людей, — быстро исправилась она. — А вот имя я ему придумала. Егерю оно понравилось, вот он так и ходит.
— И часто ты даёшь странным драу имена?
