Он почти коснулся зубами её шеи, когда она со всей дури врезала ему по лицу. Стефан ощутил больше ожог магии, чем руку Марселин. Её магия мгновенно проникла под его кожу и стала бороться с хаосом, беспощадно уничтожавшим любые попытки помешать ему. Хаос распространялся всё быстрее и дальше, выжигая собственную магию Стефана и отравляя его её остатками.
Он кричал от боли, разрывающихся мышц и образов, что проносились перед глазами. Миллионы гниющих тел с поселившимися внутри них червями. Выжженные огнём и боем поля, залитые кровью красной и синей. Обратившиеся в пыль останки, которой стало так много, что она укрыла собой землю подобно снегу. Острые кривые клыки, разрывающие чью-то нежную плоть. Вывалившиеся наружу внутренности, оторванные конечности, скрученные шеи. Восстающие из курганов чудовища, из ран которых сочилась гниль. Чересчур знакомые лица, искажающиеся от страха и ненависти. В самые последние мгновения Стефан узнавал в знакомых глазах самого себя, вырывающего чужие сердца.
Он почти протянул руку, едва ощущая фантомные когти, но Марселин ударила его ещё раз. А затем ещё раз. И ещё. Она била его по лицу и кричала, пока наконец не сбросила с себя и не отползла как можно дальше. Стефан рывком поднялся и ринулся следом, но наткнулся на невидимую преграду. Марселин стояла в коридоре с поднятыми руками и не давала ему выйти.
Он боготворил и ненавидел её за это решение. Он должен был разорвать её на части, чтобы она умоляла его о пощаде. Он должен был немедленно отвести её в безопасное место и защитить от всех ужасов, что несло с собой проклятие, отравляющее его тело.
Совсем скоро образ Марселин стал нечётким. Стефан видел зелёные глаза, пылавшие магией, всклоченные чёрные волосы, лёгкую рубашку и штаны, на которые она сменила платье. Видел рядом кого-то ещё, со знакомым запахом и лицом, напоминающем о давно утерянном доме.
«
Всё его тело дёрнулось, как по велению кукловода, и он замер на месте. Сочившаяся из раны и льющаяся изо рта и носа чёрная кровь уже не беспокоила. Пальцы слегка подрагивали от желания вцепиться в чью-нибудь плоть. Кожу на шее жгло.
—
Он боролся так долго, как только мог. Магии, способной откликаться на зов, почти не осталось. Хаос заполнил собой каждую клеточку его тела, и от его количества Стефан был готов распасться на куски. Ни одно живое существо не может удержать в себе так много хаоса тёмных созданий. Но Стефан — сильный великан и человек, маг, равных которому нет. Лакомый кусочек для демонов. Идеальный кандидат.
— Открой врата, Стефан.
Он держался, тяжело дыша и чувствуя, как его сердце разрывается от боли.
— Открой врата!
Давление на тело усилилось. Тысячи голосов зашептали возле ушей, моля и проклиная его. Прежде, чем пространство разорвалось, Стефан ощутил, как острые когти пронзают его шею.
Барьеры пали окончательно. Развернувшаяся за их спинами тьма была всепоглощающей и беспросветной. Запах гнили и демонов наполнял собой воздух, а хаос клубился в нём, оттесняя магию. Стефан чувствовал зуд во всём теле и желание как можно скорее добраться до чего-нибудь живого и полного крови — чего-нибудь, что он сможет убить.
«
Врата не могли закрыться по одному его желанию, Стефан знал это, но всё равно отчаянно вопил в своих мыслях, сопротивляясь железной хватке тёмного создания. Совсем скоро он ощутил ещё одну хватку, очередную цепь, что сковала его тело. Следом за ней — ещё одну. Демонов, накладывающих на него проклятия, становилось всё больше. Он был слишком сильным магом — и единственным, кто мог оставаться вратами достаточно долго.
Когда на жалкую долю секунды хватка на шее ослабла, в голове Стефана родился план.
***
Пайпер подскочила от грохота, сотрясшего дом. Эйс мигом вцепился в край кровати и испуганно уставился на неё.
— Господи, — с трудом выдавила Пайпер, поднимаясь с пола, где оказалась секундами ранее. — Стефан…
— Что? — непонимающе пискнул Эйс.
— Стефан, — повторила Пайпер, на дрожащих ногах приближаясь к двери. — Я чувствую его.
И это было самым пугающим, потому что прежде Пайпер никогда не чувствовала так много магии. Она давила на кости, скручивала внутренности в узел, путала мысли. Магия, хаотичная и упорядоченная одновременно, будто не знала, разрывать её на куски или помогать. Бесцветные нити опутывали всё вокруг, даже её и Эйса, но пока не причиняли вреда.
