И он улыбнулся, вкладывая в эту улыбку всё своё очарование, которое только было в нём. Кит искренне надеялся, что Пайпер сдастся, — даже Рокси сдавалась, хотя ей, конечно, было четырнадцать лет, — но сальватор не отреагировала.
Кит не был глупым или недогадливым, но он всегда старался верить в лучше и разряжать напряжённую обстановку до того, как всё станет слишком плохо. Он считал, что хорошо с этим справляется, потому что вроде как был невыносим, но в то же время любим. Если бы всё стало действительно плохо, его бы исключили из Ордена и запретили приближаться к Пайпер даже на расстояние пушечного выстрела. И она бы точно не стала плакать при нём.
— Боги всемогущие, — едва не пропищал Кит, резко выпрямляясь. — Я что-то не так сказал? Что, что я сделал? Боги, Пайпс, почему ты…
Она наконец перестала смотреть перед собой совершенно пустым взглядом и качнула головой, будто прогоняя наваждение. Но тут слеза сорвалась с её подбородка и упала ей на руку, и Пайпер, наконец, окончательно пришла в себя.
— Чёрт возьми, — зло прошипела она, утирая щёку.
Значит, у неё просто сдали нервы. Кит её понимал: не каждый день наваливается так много, что не остаётся времени даже на сон в несколько часов и хоть какой-нибудь отдых. Да Пайпер с самого начала, с прошлых выходных, было труднее всего — её просто зашвырнули в сигридский мир и поддразнили помощью, которую никто даже по-нормальному оказать не может.
Кит почти ненавидел себя за то, что не в состоянии помочь. Искатели были на другом уровне, нежели сальваторы, и, вообще-то, это Пайпер должна была помогать им. Но сейчас…
Пайпер со всей дури ударила ладонью по полу, и он раскололся. От испуга Кит взвизгнул и подскочил на месте.
— Твою же мать! — заорала Пайпер так громко, словно хотела, чтобы её услышал весь особняк. — Боги немилостивые, как же ты меня достала!
Она ударила ладонью ещё раз, и трещины разошлись во все стороны. Кит опасливо покосился на мрамор, выдержавший даже зачарованный меч (неудачный опыт, о котором искатель предпочитал не вспоминать), но сдавшийся под ударом девушки.
Он поднял на неё глаза, уже зная, что увидит, и всё равно вздрогнул. Глаза Пайпер — чистое золото, сиявшее даже ярче настоящих слитков.
— Дай мне эту чёртову Силу! — продолжила она, вцепившись себе в волосы. То ли в её голове шёл нешуточный спор, то ли она пыталась спрятать слёзы — и Кит не знал, что было хуже. — Почему ты молчишь?
У Кита сбилось дыхание. Он чувствовал это: давление чужой магии, вмешательство в его тело, совсем как в тот день, когда его оставили за главного и он знакомил Пайпер с сигридскими легендами. Тогда она случайно применила на нём свою магию, и сейчас, похоже, делала то же самое.
Она душила его своей неконтролируемой Силой, вымещала на нём свою злость за то, что ничем не могла помочь. Кит ненавидел себя за беспомощность, но не настолько, чтобы спокойно принять подобное издевательство.
— Пайпс, — прохрипел он, кладя ладонь на шею. Движение было неестественным. Кит бы всё равно не смог дышать нормально, только надавил бы сильнее, дёрнись рука.
«
Ладони Кита что-то коснулось. Холодное, приятное на ощупь. Давление на шею спало, и воздух вновь хлынул в лёгкие. Кит вдохнул полной грудью и на всякий случай отошёл подальше, уже прикидывая, успеет ли он позвать на помощь хоть кого-нибудь.
«
Кит взвизгнул ещё раз. Голос, крошившийся на эхо, раздался у него в голове.
«
Туман перед глазами был вовсе не туманом: он был фигурой мужчины с сиреневой кожей и белыми волосами, одетый в какой-то полуплащ, открывавший его торс. Кит на эльфийских картинах выдел разных персонажей, но этот был каким-то другим. Неправильным и будто вырванным из места, где он должен был находиться на самом деле.
«
Пайпер, всё ещё сидя на полу, посмотрела на него с отрешённостью.
— Заставь меня, — тихо сказала она.
Мужчина поднял бровь и сжал кулаки.
— Заставь меня, — повторила Пайпер громче, а затем ещё раз: — Заставь меня.
«
