— Мой король, — обратился к нему Джонатан, — Пайпер напугана. Теперь она даже мне не доверяет. Не думаю, что ты сможешь так быстро добиться её расположения, а я — вернуть его, понимаешь?
Гилберт так устал от этого обращения, но исправить ситуацию уже не мог. Несмотря на отсутствие королевства, короны и подданных, за Гилбертом закрепилось звание короля. Но он не был равен королеве Ариадне или королю Джевелу.
— Понимаю, — ответил Гилберт, — но из-за этого я чувствую себя ни на что не годным.
— Рыцари жаловались на качество мечей, которые достались им от кузнецов эльфов, — вмешалась Шерая. — Можешь разобраться с этим. Договорись с феями, чтобы они выковали твоим рыцарям новые мечи.
— Феи почти не куют мечей, — со вздохом напомнил Гилберт.
— Тогда договорись, чтобы они накладывали чары на мечи от эльфов, — не отступала Шерая.
— Тогда феи будут требовать по одному ноктису от каждой стаи, истреблённой рыцарями, — возразил Гилберт. — Нам и Марселин хватает. Она скоро по кусочку соберёт целую ораву.
— Что насчёт нашей последней находки? — спросил Джонатан. — Книга заклинаний, конечно, средненькая, но там есть несколько интересных трактатов.
— Я уже распорядился, чтобы её передали во владение старейшин.
— Экипировка рыцарей? — продолжил Джонатан.
— Ею занимаются эльфы, — ответил Гилберт.
— Убитый в городе искатель? — подсказала Шерая.
— И вампиры, и Орден уже ищут того, кто это сделал.
— Ежемесячное собрание магов? — спросил Джонатан.
— Передано под командование Ирис.
— Значит, самое время распорядиться об ужине, — не унималась Шерая.
Она произнесла этот таким серьёзным тоном, что Гилберт уже начал вспоминать, когда он выполнил это дело. К счастью, он довольно быстро понял, что маг издевается над ним.
Он был готов повесить голову, когда ощутил приближение Луки. Двери библиотеки распахнулись — на пороге стоял перепуганный до смерти эльф, прижимавший к себе серебряный поднос.
— Мой король, — дрожащим голосом обратился к нему Лука. — Вы не слишком заняты?
— Нет, — без раздумий ответил Гилберт. — Что случилось?
— Первая нашла в своей комнате книги на ребнезарском. Она там… она всё перерыла, пытаясь хоть что-нибудь отыскать. А когда я упомянул, что вы с Шераей знаете ребнезарский, она спросила, не слишком ли вы оба заняты.
— Она хочет, чтобы мы перевели ребнезарские тексты? — уточнила Шерая.
— Зная Пайпер, я уверен, что она спросила это с сарказмом, — вклинился Джонатан.
— Лука, что конкретно она сказала? Лука выпучил глаза так, словно впервые увидел магию в действии. Гилберт сразу же понял: девушка сказала что-то такое, что приличному эльфу, что был целиком и полностью предан своему королю, не позволяют повторить честь и уважение.
— Можешь без оскорблений, — облегчил ему задачу Гилберт.
— Первая сказала: «Если Его Королевскому Величеству не лень поднять кое-что со своего королевского трона, было бы неплохо, если бы он объяснил, почему в моей комнате эти идиотские тексты».
— Очень даже в духе Пайпер, — не дав Гилберту опомниться, прокомментировал Джонатан. — Я могу поговорить с ней о том, какие правила в этом доме. Мы же с ней, всё-таки, гости.
— Я сам с ней поговорю, — остановил его Гилберт. — И да, Джонатан, в этом доме не такие строгие правила. Ты так сказал, будто я заставлю вас носить себя на руках.
— Я бы не удивилась, — вновь уткнувшись в книги, пробормотала Шерая.
— Мне передать ей Ваши слова? — робко поинтересовался Лука.
— Я сделаю ей сюрприз. А ты приготовь нам, пожалуйста, чаю. И что-нибудь к чаю, конечно. Что твоя племянница предпочитает? — спросил он, посмотрев на Джонатана.
— Ответить в её стиле или по-нормальному?
— По-нормальному.
— Печенье с шоколадной крошкой и маффины.
— Отлично. Лука, нам нужны печенья с шоколадной крошкой и маффины.
Лука, активно закивав головой, придержал Гилберту дверь. Все эти формальности надоели Гилберту так же сильно, как и прицепившееся к нему «мой король», но сейчас он был слишком возбуждён, чтобы пытаться исправить эльфа. Несмотря на то, что Гилберт не меньше тысячи раз говорил Луке, что тот не обязан следовать всем правилам этика и обращаться к нему, как к настоящему королю, Лука, поражённый до глубины души, рьяно доказывал обратное. Из-за того, что они были практически одного возраста (если считать по человеческим меркам), Гилберту становилось вдвойне неловко. Но именно незначительная разница в возрасте позволяла Гилберту, только вышедшему из библиотеки, начать прыгать от радости.
Он не думал, что будет так счастлив услышать саркастичные слова Пайпер, интерпретированные Лукой в более приличные. Гилберт, улыбаясь от уха до уха, прыгал на месте, затем вцепился эльфу в плече и затряс его, повторяя:
— Всё ещё не могу поверить, что это правда!
