Мир клятв и королей полностью

Пайпер все-таки захихикала. Ей совсем не хотелось смеяться, но слова дяди Джона звучали… немного безумно. Нелогично. Нереально. Он, должно быть, просто решил подшутить над ней.

– Я говорю серьезно, Пайпер, – ледяным тоном сказал дядя Джон. – В тебе пробудилась кровь первых. В тебе пробудилась Сила Лерайе.

Пайпер засмеялась еще громче. Все, что он говорил, было безумно, нелогично и нереально. Он решил подшутить над ней.

«Ты действительно так думаешь?» – пронеслось в ее голове.

Пайпер испуганно вскрикнула. Возле окна стоял незнакомый мужчина с сиреневой кожей, одетый в расшитую драгоценными камнями одежду, открывавшую руки и торс. Несмотря на легкую улыбку, застывшую на тонких губах мужчины, его сливовые глаза были холодны, как лед. На вид ему было лет двадцать или двадцать пять, белые волосы находились в беспорядке из-за того, что он постоянно перебирал их пальцами. Он молча смотрел на Пайпер и накручивал переднюю прядь на палец.

«Выглядишь напуганной», – прозвучало в ее голове. Пайпер во все глаза уставилась на мужчину и уже была готова закричать, когда вновь услышала: «Успокойся. Я не могу явиться тебе полностью, поэтому будем довольствоваться тем, что есть».

Пайпер испуганно посмотрела на дядю Джона, но не увидела его. Все вокруг начало размываться, терять свои очертания, смешиваться между собой. Только образ мужчины, наконец отошедшего от окна, оставался четким. Он остановился в каком-то метре от нее, медленно отползавшей на другой край кровати, и широко улыбнулся.

«Все в порядке, – произнес мужской голос. – Для тех, кто столкнулся с сигридским миром, время течет иначе».

Пайпер поднялась на ноги и замерла, во все глаза смотря на мужчину. Он что, залез ей в голову?.. Почему она слышала его, почему видела, почему…

«Ну-ну, полегче, не перенапрягай мозг. Я не хочу тратить еще больше магии, ее запас и без того ограничен. Времени у нас совсем мало».

Пайпер сжала кулаки и хотела было зажмуриться, но очень быстро решила, что закрывать глаза в присутствии незнакомца может быть опасно. Даже если это какая-то шутка или ошибка…

«Ошибка лишь в том, что сделали эти люди с таким, как ты. Я не сомневаюсь, что, сделай ты что-нибудь не так, они и тебя вычеркнут из истории».

Пайпер тряхнула головой и зло прошипела:

– Прочь из моей головы!

«Прости, но это единственный способ, которым я могу общаться с тобой. Времени совсем мало, я ведь уже сказал».

– Уйди!

Схватив подушку, Пайпер швырнула ее в мужчину. Подушка пролетела прямо сквозь него и врезалась в стену. Пайпер вновь вскрикнула.

«Тише, успокойся, – ласково произнес голос. – Не нужно нервничать».

– Уйди!

Схватив поднос с какими-то баночками и склянками, стоящий на тумбочке рядом, Пайпер со всех сил бросила его в мужчину. Она знала, что это не сработает, но все равно надеялась избавиться от видения.

– Уйди, уйди! Оставь меня в покое!

«Тише, – повторил мужчина. – Я же пытаюсь тебе помочь. Мой друг расстроится, если узнает, что ты невзлюбила меня».

– Прочь!

Мужчина, уже начавший медленно обходить кровать, вдруг замер и улыбнулся. «Прекрасно, прекрасно! – восторженно произнес он. Или подумал. Пайпер была слишком напугана, чтобы думать, как именно он общается. – Ты уже используешь магию! Я рад».

Повинуясь какому-то странному желанию, Пайпер повернула голову к зеркалу, висевшему на стене у двери. Она почему-то не обратила внимания ни на свою одежду, ни на растрепанные черные волосы, ни на капли пота, проступившие на бронзовой коже. Пайпер видела только два золотистых огонька, отражавшихся в зеркале. Ее глаза.

Она вновь вскрикнула, отшатнувшись, и наткнулась на ручку еще одной двери. Пайпер уже собиралась дернуть ее, но мужчина вдруг оказался прямо напротив нее и положил пальцы ей на лоб. На Пайпер будто набросили теплое одеяло. Душивший ее страх начал отступать, льющиеся из глаз слезы словно разом высохли. Пайпер смотрела на мужчину с сиреневой кожей, его сверкающие глаза и улыбку, такую открытую и добрую, так долго, что начала ощущать спокойствие и уверенность.