Но было странно и пугающе смотреть на девушку перед собой, такую молодую и невероятно красивую, зная, что она погибла в результате Вторжения. И то, что Сила теперь живет внутри Пайпер, подтверждает, что Йоннет больше нет и что нет никакого шанса на ее чудесное возвращение.
– Хорошо, – Пайпер нервно сглотнула, еще раз быстрым взглядом оглядев Йоннет. – А теперь… Хебраска, покажи мне Третьего.
Пайпер не знала, почему, но от появившейся после этих слов легкой улыбки демоницы ей стало не по себе – будто та ждала, когда ее попросят принять облик Третьего, и была безумно рада, что просьбу все же услышала.
Ее фигура снова погрузилась в туман. Пайпер быстро перестала узнавать очертания одежды Йоннет. Волосы стали намного короче и темнее. Фигура сузилась и вытянулась, стала такой же высокой, как и фигура Стефана. Кожа побелела, как лист бумаги. Алый камзол сменился на темно-синий, более скромный, лишенный даже ярких пуговиц; поверх него был накинут черный кожаный плащ, на поясе – ножны со сверкающей серебряной рукоятью с меча. Лицо Третьего было вытянутым, с заметно выступающими скулами, прямым носом. Голубые глаза смотрели сдержанно и спокойно. Но сережка в левом ухе никуда не делась, лишь металл сменился с золота на серебро.
Пайпер пришлось задрать голову, чтобы повнимательнее всмотреться в лицо Третьего. Она не видела признаков усталости от тяжести ноши, что была возложена на его плечи, но и безудержного огня магии, что пылал в глазах Йоннет, не было. Только спокойствие. Словно все, что произошло, происходит и будет происходить, Третий смиренно принял.
– Таким я его помню, – произнесла демоница хриплым глубоким голосом.
Лицо господина Илира, обращенное к Пайпер, выражало недовольство. Было ясно: на такое странное знакомство он не подписывался.
– Я ожидала… Большего страдания, что ли, – растерянно пробормотала Пайпер.
– Это невозможно, – ответила демоница.
– Все великаны красавцы? – попыталась отшутиться Пайпер, но очень быстро поняла, как это глупо. В парнях она не разбиралась, даже представления не имела, какие у нее понятия о красоте, да и из великанов ей встретился только Стефан. К тому же, взгляд Третьего казался не только спокойным, но и тяжелым – она заметила это только сейчас, вновь задрав голову и вглядевшись в его голубые глаза.
– Я некрасивых великанов не видела, если честно, – ответила демоница. – Но я помню такого Третьего, а не истерзанного, потому что с ним я рассталась тогда же, когда и с Йоннет.
– Таким он был до Вторжения, – заключила Пайпер. Избавиться от ощущения, что перед ней стоит настоящий Третий, а не демоница, принявшая его облик, было трудно. Пришлось сосредоточить взгляд на деталях его одежды.
– Я знаю, что надеяться опасно… Особенно мне, темному созданию, – пробормотала демоница. Ее шепот, звучащий голосом Третьего, казался слишком завораживающим. – Но я надеюсь, что если он не сгинул, то не сильно изменился.
«
– Хебраска, верни свой настоящий облик.
Вместе с тем, как таял образ Третьего, исчезало недовольство с лица господина Илира. Демоница вновь предстала в облике невысокой девушки с рогами и черными склерами, и Пайпер убедилась, что это ее настоящий облик.
– Если ты хочешь сохранить эту власть, то не называй моего настоящего имени другим, – посоветовала Твайла, снова начав перебирать подол своего платья. – Слух у демонов лучше, чем у людей, и я услышу тебя за несколько миль – так что шепчи мое имя, но не называй его слишком громко, иначе потеряешь власть.
– Почему ты так доверяешь мне?
Этот вопрос терзал Пайпер с самой первой секунды их разговора. И Твайла, не мешкая, ответила:
– Потому что я доверяю Силе.
Пайпер все еще сомневалась, но все же попросила:
– Покажите мне кристалл.
Твайла, повернувшись к господину Илиру, приложила ладони к ушам. Увидев это, он при помощи нескольких движений снял барьер вокруг себя.
– Она хочет видеть кристалл.
Старик крикнул:
– Егерь, бегом ко мне!
Пайпер ожидала чего угодно, – от слуги до еще одного демона, – и уже приготовилась защищаться, но сквозь стену, как совсем недавно это делал мейн-кун, в комнату проскочил еще один кот, на этот раз – совсем уж странный. Его шерсть была салатового цвета и слабо мерцала, глаза – желтые, с расширившимися черными зрачками, а во лбу, точно под вибриссами, красовался круглый желтый камень. Кот с радостным мяуканьем подскочил к господину Илиру, и тот, не теряя времени, прикоснулся к этому камню. Никаких чудесных преображений не произошло, и никакие чары не рассеялись – возникла только слабая вспышка света, в результате которой в ладони господина Илира оказался маленький прозрачный вытянутый кристалл.
Тот самый, который Пайпер видела у Йоннет и Третьего.
