Следующий день не привнес сюрпризов. Мужчина проснулся рано и постарался, как мог, замаскировать место своего ночлега. Задержавшись еще на несколько минут ради непродолжительного и скудного завтрака, он наконец собрался в путь. Сначала нужно было узнать свое местоположение относительно тракта, выйдя к нему, потому что бродить по этим лесам можно невероятно долго. Хотя в других обстоятельствах он был бы вовсе не против. Так как Каршан был большой и богатой страной тут еще росли впечатляющие своими просторами реликтовые леса. В родном Нисфаре девственной природы осталось мало, все было засажено пшеницей, овсом, рожью, картофелем и прочим, а в тех местах где они не росли - паслись животные скотоводов. Из-за беспощадной вырубки лесов, произошедшей в предыдущие века, каменные дома встречались чаще своих деревянных собратьев. Соответственно, картина, представшая перед глазами, оказалась весьма мила взгляду дворянина. До этого он не съезжал с дорог в своем путешествии, а сейчас мог в полной мере насладится природными красотами. Это был просторный сосновый лес с большими просветами между кронами деревьев. Земля была устелена мхом, небольшими островкам на нем росли папертники. То там, то здесь глаз цеплялся за огромные валуны в несколько человеческих ростов, поросшие лишайником. Насколько Архону было известно, если вдали от гор встречались такие крупные камни, значит в древности здесь проходили магические битвы, в процессе которых эти камни создавались и швырялись в противника. Этот факт добавлял некоторого шарма к, уже сложившейся, очаровательной картине. Но это лишь общее впечатление, а ведь были и настоящие шедевры, отдельные пейзажи, созданные временем и бушующей стихией жизни, так и ждущие своего воплощения на холсте. Особенно дворянину нравились живописные ручейки, протекающие между могучими исполинами. Некоторые из них даже разрастались до масштабов небольших речек, которые надо было переходить по поваленным деревьям, что было отнюдь не легким занятием даже для людей, не жалующихся на свою ловкость и координацию. Архон на их отсутствие никогда не сетовал, но это, впрочем, не помешало ему полететь на дно ручья из-за скользкости переправы. Это неудачное, но не опасное падение полностью сбило его с любых романтических мыслей, витавших у него в голове до этого, забрав вместе с собой и всякое удовольствие от созерцания окружения.
Остаток пути до тракта он проделал, размышляя о своих планах и идеях, ошибках и сожалениях. Но раздумья ни к чему толковому не привели. Да и как они могли привести? На эти темы он размышлял все свое свободное время, а раз новые данные не появлялись, то и новые выводы возникнуть не могли. От чего-то есть у человека такое несовершенство, что он может по нескольку раз обдумывать одну и туже вещь, никак не меняя свою цепочку рассуждений, просто повторяя снова и снова одни и те же мысли. В такие моменты волевые люди должны одергивать себя и начинать принудительно рассуждать о чем-то новом, что еще не было обдуманно. Это дело непростое, ведь очень сложно заставить себя специально не рассуждать на какую-то конкретную тему. Но необходимость такого поведения очевидна, потому что ломать голову над одним и тем же – это просто трата драгоценного времени. Однако Архон не смог выиграть эту схватку с самим собой и был вынужден спасаться бегством в надежде наконец увидеть долгожданный тракт. Который, к счастью, замелькал перед глазами через какую-то минуту бега. Выходить на него он не стал, потому что дорога нужна ему исключительно как указатель правильного направления. Так что найдя сторону, в которую нужно двигаться дворянин опять немного углубился в чащу и пошел бодрым шагом в сторону искомой деревни.
В этом пешем переходе и прошел весь его первый день путешествия. Его физическая форма позволила не останавливаться на привалы, а еда, сложенная в мешке, предотвратила любые смешные попытки охоты. Нет, Архон конечно же, как и любой аристократ любил и умел охотится, только вот охота высших слоев общества несколько отличается от того, чем занимаются промысловики. Он не представлял себе охоту без гончих, без лесничего, который заранее найдет потенциальную добычу, и тем более без лошади с копьем или рогатиной. В самом деле не с мечем же он будет бегать за оленями? А лука при нем не было, как и веревок для силков. Хотя в силках добычу все равно придется ждать, а для него любое ожидание сейчас фатально. Переночевал он тоже спокойно. Правда, еще лучше он бы себя чувствовал при наличии возможности путешествовать с напарником или в составе группы и выставлять дозоры на ночь. А путешествуя в одиночку, всегда есть шанс оказаться в лапах зверья или руках ворья. Преувеличение, сказать, что леса кишели разбойниками, но все же они тут встречались и никакую жалость к путникам не проявляли. Опасаясь за свою жизнь, дворянин замучился организовывать костры по всем возможным военным правилам, добиваясь максимальной скрытности и отсутствия дыма. Но безопасность требует жертв, при чем не малых.
