Тем не менее оставался последний и самый сложный вид тренировок. Можно с уверенностью заявить, что для боевого мага главное умение – это импровизация. Точнее, не совсем так. Когда колдун не находится в бою, то он может приложить свои усилия к невероятному количеству сфер. Пропустим все, что относится к мирной деятельности, вроде фундаментальных исследований и перейдем к подготовке к потенциальным сражениям. Кто-то заучивал огромное количество общих заклинаний, кто-то создавал свои, другие погружались в совершенствование своей ауры, скорость создания заклинаний, уменьшение количества ошибок, третьи увлекались теорией сражений: когда и с помощью чего нападать, чем защищаться, как лучше переходить из обороны в наступление и обратно, и так далее. Разумеется, каждый колдун занимался всем из вышеперечисленного просто в разных пропорциях. Но самый важный фактор внутри сражения – это адаптация и импровизация. Однако, в магических битвах имелась ввиду не умение адаптироваться к стилю боя противника, а умение быстро и правильно изменять свои и вражеские заклинания. Именно это действие требовало всего комплекса умений, которые приобретал колдун. И даже, сверх того. Такой постоянный и тяжелый труд не мог не вызвать истощения. Причем не фигурального, а вполне себе наблюдаемого и реального.
У магов случалось истощение двух типов: аурное и энергетическое. Аурное наиболее походило на обычную физическую усталость. Если в течении продолжительного периода времени интенсивно использовать свою ауру любым образом, то она со временем, как и любая мышца ослабевала чуть ли не до полной неработоспособности. Так же, как и мышцы, с постоянным повторением нагрузок аура становилась все выносливее, крепче, сильнее. Энергетическое истощение наступало при многократном опустошении и наполнении резерва волшебника. После этого вновь наполнить ауру маной становилось очень сложно, требовался отдых, а желательно медитация. С аурным истощением сталкивался любой студент с одинаковой частотой – то есть примерно в конце каждого дня. Благодаря чему характеристики ауры росли с фантастической скоростью. Но с постоянным истощением маны сталкивались только неудачники, чей резерв оказывался слишком мал. Академическая программа рассчитывалась специально под объем маны среднестатистического человека, чтобы не заставлять студентов страдать от негативных последствий, так как болезненность этого эффекта стала притчей во языцех. Ну а остальным оставалось лишь уповать на быстрый рост количества доступной энергии и страдать от постоянных болей. Именно среди таких не везунчиков оказался Уриэль.
Он постоянно жаловался на сложившуюся ситуацию. Правда не друзьям, а исключительно самому себе. Но сегодня колдун понял, как же он ошибался. Тяжелые тренировки выматывали, но имели свои плюсы. Он своими глазами видел не только появление и совершенствование своих навыков, но и рост ауры. По его подсчетам еще чуть-чуть, буквально пару месяцев усилий и аура достаточно окрепнет, освободив своего хозяина ото всех страданий. Кроме того, каждый день знания и умения увеличивались. Жалкие огненные шары давно остались позади, теперь магу стали доступны сотни заклинаний, пускай достаточно простых. То есть как простых. Принципов действия примерно трети из них он так и не понял, но со временем рассчитывал разобраться. Какое же удовольствие доставляло это сверхбыстрое самосовершенствование. А уж если вспомнить о редких победах на учебных поединках… Хоть основной специализацией мага являлась не очень подходящая для сражений магия жизни, в Академии абсолютно все проходили боевую подготовку, начиная с первого курса. Победы давались магу нелегко, опять же из-за малого количества доступной маны. В то время как его противники применяли энергоемкие заклинания или вовсе устраивали сражение на истощение, в котором Уриэль не способен победить, будущий маг жизни был вынужден побеждать за два-три удара или сразу сдаваться. С другой стороны, все это приносило небывалое удовольствие от процесса. Составление первых личных заклинаний, чаще работавших против самого студента, подготовленные дома, оригинальные связки заклинаний, призванные удивить соперника. Интересно, что испытывали его друзья, побеждавшие почти всегда. Впрочем, их эмоции могли оказаться намного тусклее. Постоянные победы размывают их ценность, тогда как редкие успехи значили для их обладателя куда большее. Уриэль помнил каждый свой триумф в мельчайших деталях и готов был рассказывать о них с великим воодушевлением, жаль его никто не спрашивал.
