Я на всякий случай призвал из инвентаря посох Нефтис. Пусть будет поближе, на случай если мне понадобится упокоить излишне разговорчивую нежить.
— Тише, Син, он про всех говорит в таком тоне. Видишь, как грубит мне? — остановила меня Баба Яга. — Не обращай внимания и зри в суть. Относись, как к ходячим косточкам. А ты не провоцируй его, костяной лис. Ты бы с тем что у него творится внутри, и часу бы не продержался.
Странно, но на Харо это произвело впечатление.
— Ты говорила, что никогда не встрянешь в войну сестёр.
— Теперь эта война стала войной за все миры. Обычно меня описывают, как древнее зло, что крадёт по ночам детей. Может, захотелось на старости остаться в памяти как Та, Кто Пыталась?
— Пыталась? Значит, ты сама не веришь в положительный исход?
— Другой возможности может не быть уже никогда.
— Значит, даже так… — в голосе великого аниматурга больше не было обычной насмешки. — Хотя, будь оно иначе, ты бы так себя не вела.
— Я надеюсь, что этот союз будет честным, — проскрежетала старуха. — Потом деритесь сколько душе угодно, мальчики, но только когда дело будет сделано.
— Я тоже на это надеюсь, — добавил Безупречный. — Зло должно быть уничтожено любой ценой.
— Полностью разделяю твоё мнение, лысый, — кивнул коренастый скелет мёртвого лиса. — Здесь главный вопрос в том, как именно нам сделать самое главное. Как убить то, что не может быть убито?
— У нас у всех здесь одна цель, — подтвердил я.
— Тогда в чём ваш план?
К нам подошёл поближе Лииндарк. Бросил на меня странный взгляд. Злой, но будто более глубокий, словно за ним скрывалось большее, чем обида за Рин или то, как меня использовало пророчество.
— Разве ты не слышал, аниматург, о новом пророчестве? Великое зло будет повержено рукой одного из героев, идущих под знаменем дочери смерти. Может быть, это буду я, может быть ты, а может — король Лииндарк Многоцветный.
Я вежливо кивнул зверянскому владыке.
— Значит, пророчество. Интересный путь, — кивнул Харо. — Но времени слишком мало.
— В чём твой план? — спросил я.
— Я — скелет простой. Нет разумного — нет проблемы. Сперва нужно уничтожить физическую аватару. Что скажешь об этом? Она ведь в теле твоей подружки?
Я сдержался от крепкого мата.
— Твоими стараниями.
— Я просто уничтожаю сосуд. И сейчас — и тогда.
— Уничтожение аватары ничем не поможет — тварь просто возродится. Даже мы с тобой это можем через привязку к любой башне.
— С башнями мы разберёмся. Готов ли ты убить свою подружку своими руками?
— Мне нужна её душа, — ответил я. — Она не принадлежит тому телу, в котором находится.
— Вот оно как… — потянул Харо и резко посветлел. — Тогда же всё становится на свои места!
Я на миг представил, как выглядит ситуация с его стороны.
Мантикор тари на стадии мании. Плюс одержимый пустотой, которая эту манию усиливает. Чего бы я сам ожидал от такого героя? Большинство пустотников в такой ситуации просто преклонило бы колено перед богом-чудовищем.
Или же вело интриги и готовило подлость во имя Её, выступая как ложный союзник.
Отсюда и риск. Почему бы кто-то вроде меня желал смерти своей миирам’торрин?
— Если уничтожить аватару, я верну её в новом теле, — добавил я то, что хотел слышать Харо. Эти слова уже были своего рода гарантией нашего союза. — Но есть проблема. Так мы не избавимся от проблемы в целом. Пустота возродится вновь. Так было в эру сорамин и тари.
— Да, и я снова загоню её туда, где ей место, — кивнул Харо. — Но ты прав, что это не решение в глобальном смысле. Оно звучит немного иначе.
— Как?
— Нужно уничтожить всё то, что привязывает тварь к этому миру. Любое упоминание о ней. То, чего хотели добиться демиурги извне со стихией фрактала, вырезав само имя. Но они не смогли дойти до конца.
— Предлагаешь стереть всем память? — удивился я.
Вообще, технически это возможно. Полное обнуление воспоминаний всех причастных, изоляция пустотников, или лучше их принудительное лечение известными методами. Жестоко, но этот парень некогда собирался спасать мир путём превращения всех живых в нежить, чтобы тех не заразило проклятой стихией.
На этом фоне идея с памятью достаточно щадящая. Тем более, что можно сделать это не варварскими методами Тиши, а провести разъяснительную работу и позволить сохранить несвязанную с третьей дочерью память в записях и даже кристаллах памяти.
Каков шанс, что через сколько-то лет какие-то конспирологи додумаются до истинных причин и таким образом несознательно опять возродят эту тварь?
Всё возможно.
— Думаю, наши планы прекрасно согласуются друг с другом, — кивнул я. — Теоретически это возможно. Владыка Покоя может помочь с этим, но это должно проходить добровольно и с разъяснением… впрочем, это обсудим позже. Сперва нужно устранить сосуд, как ты говоришь.
— Мы не имеем права похищать у людей их память о роде и близких, — зло бросил Лииндарк.
— Поэтому и говорю, что нужно обсуждать, — я пожал плечами. — Нас интересует только удаление всего, что связано с пустотой и её божеством. Это сложнее, но технически возможно. Но… мы делим шкуру неубитого зверя.
