«Она ещё не поняла…» — догадался Бернард.
Он взял графин домашнего вина, которое пока не довелось попробовать, налил себе, добавил и Алисии.
— Раз уж заговорили о Вране… Давай-ка, не чокаясь, — предложил Бернард и поднял стакан.
— Что?.. Почему?
— Натан соврал. Я подозревал об этом и тогда, но после Шансенхайма понял окончательно… Помнишь искажённых голубей во дворе отеля? То, что набросилось на меня в моём доме, было точно таким же. — Бернард пригляделся к вину в стакане, затем посмотрел в глаза Алисии. — Это был Вран, его изменила скверна.
— Я… Но… — в замешательстве пробормотала Алисия. — Прости.
— Я уже смирился. Наверное. Но попрощаться с ним нужно. — И Бернард напомнил: — Не чокаясь.
Они выпили. Но затем Бернард уставился на свой стакан и выдохнул:
— Это как?..
Алисия невольно хихикнула.
— А мне нравится: сладкое, — произнесла она. — Но остальные не оценили. Видел бы ты лицо Натана, когда он попробовал вино. Калифа так вообще пить не стала — только понюхала.
Алисия виновато опустила взгляд, поскольку такое её поведение вряд ли было уместным.
— Прости…
Помедлив, Бернард восполнил вино в стаканах и вновь отпил.
— Знаешь, а неплохо, — заметил он, затем огляделся. — Гхм. Алисия, может, прогуляемся по ярмарке, пока не полило? Что-то подсказывает, что ждать Натана и Калифу бессмысленно. Или ты уже хочешь вернуться?
Алисия удивлённо похлопала ресницами, отметила купленный зонт, и её взгляд потеплел.
— Что-то мне это напоминает… — хитро произнесла она.
— Только не надо вспоминать школу, прошу! — взмолился Бернард.
Он поднялся из-за стола и удобнее перехватил зонт.
— Так что, пойдём?
Алисия улыбнулась и поднялась следом за Бернардом. Они намеревались хотя бы сейчас просто насладиться Фестивалем.
В этот момент с неба полетели первые, пока ещё редкие капли.
Натан и Калифа пробирались по улицам, посматривая на массивные тучи. Стало довольно темно, городок потонул в будто бы мистической синеве, грозящей вскоре перейти в полноценные сумерки. Уличные фонари только-только включились и медленно разгорались.
Жители городка гуляли в месте празднества, поэтому по пути практически никто не попадался, и оттого на душе становилось лишь более тревожно. А зная, что именно заставило Натана и Калифу под надуманными предлогами оставить друзей, можно было ощутить ледяные прикосновения страха.
Натан вновь прищурился, прибегая к способности Ишизара видеть признаки скверны. Над крышами домов где-то впереди он отчётливо видел возвышающийся чёрный вихрь.
«Почти как тени людей, которых одолевала скверна, — вспомнил Натан. — Но этот вихрь… Это не признак скверны, это будто она сама, только подконтрольная, сдерживаемая».
Ещё сидя за столиком, Натан внезапно почувствовал то же самое, что и под взглядом Гипериона. Это было ощущение чего-то иррационально злого. Натан сначала хотел всё списать на усталость и пока ещё слишком яркие впечатления от произошедшего в Шансенхайме. Но то, как в тот же момент помрачнела Калифа, его вмиг переубедило.
Когда они свернули на другую улицу, Натан остановился и вновь прищурился.
— Вихрь перемещается, — заметил он. — Думаешь, это Апостол?
— Не знаю. Но оно
Калифа огляделась. Убедившись, что вокруг не было ни души, сняв очки и сунув их в карман рубашки, она приняла истинный облик. Вновь изменила юбку, чтобы выпустить наружу хвост. Затем, обладая уже куда более острым обонянием, снова принюхалась.
— А если увидят тебя такой? — удивился Натан.
— Подумают, что это всё накладное. Фестиваль, как-никак. Просто постараюсь не шевелить хвостом.
«Ага, а ещё ушами… — добавил в мыслях Натан. — И глаза закроешь. Чтоб хотя бы не светились».
— Идём! — поторопила Калифа.
В тяжёлом мрачном небе сверкнуло, и практически над головами раскатисто прогремело. Отдельные крупные капли всё чаще падали на землю.
Вскоре Натан и Калифа заметили на пустынных улицах Фелицию и второго ариманского агента, выкрикивающих имя Клода. Переглянувшись, друзья поспешили к ним.
— Что случилось? — спросил Натан.
— Наш доблестный шеф куда-то смылся перед самым моим возвращением, — поморщившись, сообщила Фелиция. — Мы уже осмотрели всю ту часть Вардера. — И махнула рукой в сторону, откуда они пришли.
Натан тут же метнул взгляд на второго агента, который должен был оставаться с Клодом.
— Хайнц… был в ду́ше, — ответила Фелиция на немой вопрос. — Да кто же знал, что Клод такое выкинет?!
Она сокрушённо вздохнула. Затем, подозрительно смотря то на Калифу в истинном облике, то на Натана, спросила:
— А
— Решили разойтись по домам, — сказал Натан первое, что пришло в голову, и невинно пожал плечами.
— Мне-то не ври! — Фелиция жгуче улыбнулась. — Слушай, я уже успела понять: если ты начал вести себя беспечно и добродушно, то определённо что-то скрываешь.
Тем временем Натан, вновь прищурившись, взглянул на тёмный вихрь и отметил:
«В том же направлении, куда бежали агенты…»
— Так мы ищем Оливье? — уже жёстко спросил Натан. — Или как?