Друзья прошли пару кварталов, встретив лишь небольшие группы жителей, прежде чем оказались перед потонувшим в ночном мраке парком и начали пробираться едва освещёнными дорожками. Слева и справа раздавался крик сов. Вокруг плафонов редких фонарей порхали мотыльки. Над головами совершенно бесшумно пронеслась летучая мышь…
Тихая и тёплая безмятежная ночь Ариманского полуострова.
Натан, из-за встречи с Клодом отвлёкшийся от своих мыслей, вновь начал теряться в них.
«Надо бы расспросить Оливье об этой Ритерье, — рассуждал Натан. — Он-то наверняка о ней знает. Не верю, что девица — просто какой-то мираж!»
Алисия, идущая впереди, остановилась на перепутье дорожек. Казалось, она не могла выбрать, по которой пойти.
«Эта дорожка ведёт к фонтану, где они с Бернардом искали меня в прошлый раз, перед отъездом, — проследив за взглядом подруги, отметил Натан. — Но тогда их опередила Карина».
Качнув головой каким-то своим мыслям, Алисия украдкой взглянула на Натана и выбрала другую дорожку.
Вскоре друзья вышли к мощёной смотровой площадке, рядом с которой пролегала узкая асфальтовая дорога. За чугунным ограждением находился обширный пруд с плавающими водяными лилиями. Естественно, ни чёрных лебедей, ни пёстрых уток уже не было видно.
— Ну коне‑эчно! — разочарованно протянула Алисия.
— А ты чего-то другого ожидала? — удивился Бернард.
Алисия грустно улыбнулась и облокотилась на ограждение. Её губы практически беззвучно шевельнулись:
— Простите…
Натан и Бернард переглянулись и молча обступили Алисию. Им оставалось лишь догадываться, почему подруга была такой поникшей.
— Кто что думает? — помедлив, спросила Алисия. — Я о Карине.
Бернард хмыкнул.
— У каждого есть право на личную жизнь, — произнёс он.
— И тебе не кажется всё это… насмешкой?
— Как бы так сказать?.. Как «сынок профессора Телива» я прекрасно понимаю, почему она молчала. И совсем не удивлюсь, если окажусь прав. — Бернард ухмыльнулся, но совершенно не весело. — А ты?
— Да я… Я не… — Алисия опустила голову и закусила губу. — Думаю, понимаю. Просто как-то оно всё…
Друзья устремили взгляд на возвышающуюся над верхушками деревьев крышу летней резиденции Томаша Везрана, которая была расположена в сердце парка. Земли за прудом, окружённые двумя рядами высоких стен со сторожевыми вышками, уже принадлежали только герольду. Именно туда вела дорога, пролегающая рядом с площадкой.
— Натан, — неуверенно заговорила Алисия, — а что скажешь ты?
Натан медлил с ответом. Вновь взглянув на подругу, пожал плечами.
«Послушаем её объяснения», — хотел сказать он, но донёсшийся до ушей хлопок заставил его замереть и уставиться в ночное небо.
Алисия невольно поёжилась от вмиг похолодевшего взгляда Натана.
— Фейерверк? — удивился Бернард и запрокинул голову. — Посреди ночи?
В следующее мгновение прозвучал нарастающий свист. Оглушительно громыхнуло. Вспышка света резанула по глазам, земля дрогнула… Алисия испуганно вскрикнула и упала. Затем волна воздуха ударила друзьям в грудь.
— К‑какого?! — ошарашенно воскликнул Бернард.
Его голос потонул в грохоте следующего взрыва, за которым последовал ещё один. И всё стихло.
— Что это?! — взвизгнула Алисия.
— Ты цела?! В порядке?! — выкрикнул Бернард и тут же помог ей подняться.
Затем вниманием обоих безраздельно завладел Натан.
Он не отрывал напряжённого, озлобленного взгляда от дальней стороны пруда. Там, среди оседающих столбов пыли, полыхала резиденция герольда. Её крыша обвалилась, видимая часть стены обрушилась. Казалось, что-то попало в здание и рвануло внутри.
Алисия охнула и прикрыла рот ладонью. Бернард снял очки и, словно не веря им, вновь уставился на эту немыслимую картину.
— Что… ещё за чёрт?.. — пробормотал он.
— Три снаряда. Из залива, — монотонно произнёс Натан.
— Постой. Хочешь сказать, что…
— Я ничего не хочу сказать, Бернард.
Натан поморщился: он ответил слишком резко, но ситуация не располагала ни к мягкости, ни к извинениям.
«Я знаю звук выстрела артиллерийских орудий, как наземных, так и корабельных, — подумал Натан. — Это был именно он. Стреляли с корабля в Анхальтском заливе, куда этим вечером мог войти имперский крейсер».
Со стороны въезда в парк донёсся рокот двигателей. Судя по звуку, по дороге, ведущей на территорию герольда, мчали машины. Вскоре они появились из-за деревьев, разрывая ночную тьму светом фар, куда более ярким, чем от парковых фонарей. Все три автомобиля чёрные, с чёрными номерами. Такие могли принадлежать только военной полиции или армии Аримана.
Две машины миновали смотровую площадку настолько быстро, что разглядеть салоны оказалось невозможно. Последняя же остановилась, из неё вышло двое мужчин в военной форме. Первый — лейтенант, судя по погонам и берету, — был вооружён штатным револьвером и помповым ружьём; второй — пистолетом-пулемётом ВПС‑38