Хайн шарил взглядом по вагону в надежде увидеть хоть какой-то признак поддержки. Чан открыл было рот – но ничего не сказал. Градиль сидела неподвижная и бесстрастная, как змея. В наступившей тишине никто не произнес ни слова. Хайн чертыхнулся невнятно и потопал к двери; потом ухватился левой рукой за поручень – и исчез в ночи.
– Правосудие свершится в Южгороде, – промолвила Градиль.
– Свершится, – ответил Ян таким же бесстрастным голосом. – После перехода. А теперь – есть ли какие-нибудь проблемы, о которых я должен знать?
– Есть жалобы, – сказал Иван Семенов.
– Их я выслушивать не намерен. Моральное состояние, питание, личные проблемы – это все ваше дело, вы старейшины. Меня касаются проблемы технические: воздух, электроэнергия, что-нибудь еще?
Он посмотрел в лицо каждому – никто не ответил. Надо было продолжать в том же духе: держать их в напряжении и не давать приспособиться к новому укладу.
– Хорошо. Я знал, что могу рассчитывать на вас. Что вы постараетесь облегчить жизнь технической бригаде. Но вы можете помочь и по-другому. Как вам известно, мы должны каждый день проезжать вдвое больше обычного. У водителей работы вдвое больше. Сегодня был первый день, усталость еще не проявилась. Но проявится. Если работы в два раза больше, то и усталости скоро будет в два раза больше. А это может привести к авариям, которые допустить нельзя. Единственный выход – немедленно, на ходу, подготовить новых штурманов, которые могли бы подменять водителей.
– А с какой стати ты нам все это рассказываешь? – ехидно спросил Чан. – Это же вопрос технический, а ты хвалишься, что в этих вопросах вон какой опытный!.. Полевых работ нет, свободных людей навалом – выбирай кого хочешь.
– Вы уж меня простите, но никому из ваших криворуких мужиков я свою технику не доверю. Даже близко не подпущу. Каждый мужчина, у кого есть хоть какие-нибудь технические навыки или способности, уже работает или учится.
– Если все они уже у тебя, зачем ты к нам пришел? – спросила Градиль.
– Я сказал «мужчины». Мои водители говорят, что знают многих женщин, обладающих как раз такими навыками и рефлексами, которые нужны для этой работы. Их можно обучить…
– Ни за что! – взорвалась Градиль.
Глаза ее превратились в щелочки, спрятавшись среди паутины старческих морщин. Ян повернулся к ней – никогда еще он не видел ее так близко и вдруг впервые заметил, что ее шапка снежно-белых волос – на самом деле парик. Значит, она тщеславна!.. Быть может, когда-нибудь на этом можно будет сыграть…
– А почему? – спокойно спросил он.
– Почему? Ты еще спрашиваешь? Да потому что место женщины дома! С детьми, с семьей! Только так всегда было, и так должно быть.
– Нет. Так всегда было, но быть не должно. И не будет. Корабли приходили всегда – но на сей раз не пришли. Они забирали зерно – теперь мы везем его на юг. Корабли привозили семена и снабжали нас всем необходимым. Теперь нет ни семян, ни снабжения. Все не так, как было раньше. Раньше женщины не работали с техникой, а теперь будут. Мой штурман сказал, что Эльжбета Махрова из твоей семьи делает замечательные вышивки. А для этого нужна точность координации, глазомер, внимательность… Он уверен, что женщину с такими задатками можно выучить на штурмана. Тогда он сможет подменять меня как водитель. Ты можешь прислать ее сюда сейчас же.
– Нет!
Опять стало тихо. Не слишком ли сильно он давит? Может быть. Но надо давить и давить, чтобы не дать им очухаться, – а самому оставаться спокойным, с ясной головой. Нельзя выпускать их из рук.
Молчание все тянулось, тянулось – и вдруг его нарушил Бруно Беккер:
– Ты назвал только одну… – Говорил он медленно и торжественно, в обычной своей манере. – А девушки в семье Беккер вышивают не хуже, чем Махровы. Некоторые, говорят, даже лучше. Как тонко работает Арма, невестка моя, – это все знают…
– Я тоже знаю. – Ян нарочно повернулся спиной к Градиль и, радостно улыбаясь, закивал Беккеру. – Она еще и умница к тому же. Минутку… А не ее ли брат водителем на девятом поезде? Вроде так. Я свяжусь с ним. Уж кто-кто – а родной брат сможет сказать, чего она стоит и получится ли из нее штурман.
– Арма?.. Да ее вышивка – это ж куриный помет на песке, – брезгливо процедила Градиль.
– Я уверен, что обе девушки вышивают прекрасно, – спокойно перебил ее Ян. – Но разговор не об этом. Разговор о том, можно ли выучить их на штурманов. Мне кажется, Отакар научит Эльжбету так же легко, как Арму научит ее брат.
– Это невозможно! Одна среди мужчин!..
– Как раз тут никаких проблем, хорошо что ты мне напомнила. Когда утром Эльжбета пойдет на тягач – позаботься, чтобы с нею была замужняя женщина. Ты заранее разрешила все возможные недоразумения, Градиль, спасибо тебе. А теперь давайте подготовим список женщин, которые могли бы подойти для такой работы.
