Гитлер решил действовать радикально, но в то же время не прибегать к сталинскому методу террора против офицерства. 4 февраля 1938 г. командование армией было реорганизовано. Военное министерство ликвидировалось, руководство вооруженными силами возлагалось на Верховное командование вермахта (ОКВ) во главе с самим фюрером. В ходе реорганизации 18 генералов были уволены, а 44 понижены в должности. 4 февраля Гитлер заменил не только военных, которые без энтузиазма восприняли планы войны, но и министра иностранных дел старой школы Нейрата. Этот пост занял исполнительный Риббентроп. Отныне в руках Гитлера была сосредоточена вся полнота власти. Режим приобрел классические черты тоталитаризма.
Гитлер считал, что теперь он гарантирован от переворота. И ошибался. Абсолютная власть всегда ограничена переворотом. Чтобы избежать этой угрозы, диктатору нужно идти от успеха к успеху и вовремя выкорчевывать реальных и потенциальных заговорщиков.
В 1934–1936 гг. фашизм в Европе находился на пике своей популярности. В большинстве европейских стран действовали фашистские организации, стремившиеся к захвату власти. Столкновения между фашистами и левыми (социалистами, коммунистами и анархистами) вспыхивали в крупных городах большинства европейских стран. Даже в законопослушной Англии «лидеры британских фашистов в первой половине 1934 г. серьезно и целенаправленно готовились к приходу к власти с использованием силы»[315]. Но в Британии стоило сторонникам О. Мосли применить силу против политических противников хотя бы на своих митингах, и влияние Британского союза фашистов резко упало. В 1936 г. Мосли попытался снова добиться заметного политического влияния, организовав антисемитскую кампанию. Итогом этого «возрождения» фашистского движения в Англии стала попытка пройти маршем по традиционно левому Ист-энду Лондона 4 октября 1936 г. Собравшиеся лондонцы скандировали «они не пройдут» и даже построили баррикаду на Кейбл-стрит, а когда полиция попробовала расчистить дорогу для законной демонстрации Мосли, левые демонстранты вступили с ней в рукопашное сражение. И Мосли не прошел. Его выступление вызвало обратный эффект — рост влияния левых радикалов, которые успешно дали отпор союзу фашистов и полиции. После этого авторитет Мосли в правых кругах был подорван окончательно. Вместо того, чтобы способствовать установлению порядка, он провоцировал нестабильность.
Более серьезной стала попытка захвата власти французскими правыми радикалами. Кризис подорвал роль Франции как банкира Европы, тяжело ударил по всем слоям общества, особенно по средним. В начале 30-х гг. во Франции выросло как фашистское, так и право-радикальное движения. Правые радикалы считали необходимым создать авторитарный режим (например, монархический), но не разделяли всех идей фашизма. Тем не менее значительной части правых нравились корпоративные идеи фашизма. Так, в воззвании старейшей право-радикальной организации «Французское действие» говорилось: «Французские рабочие и крестьяне должны освободиться от диктатуры международного финансового капитала. Они должны призвать к власти короля, который создаст корпоративное государство»[316]. Фашисты как таковые во Франции не были очень многочисленны и активно действовали в более массовых право-радикальных организациях, таких как «Огненные кресты», «Французское действие», «Патриотическая молодежь» и др.
Либеральные партии не могли оказать сопротивление фашистам, так как они не располагали массовыми организациями. Значительная часть французских капиталистов сочувствовала правым радикалам, считая, что они наведут порядок. Рабочее движение было расколото. Социалисты и коммунисты обличали друг друга, и их сторонники не выступали совместно.
Ослабленный социальный организм страны терзала коррупция. В начале 1934 г. разразился грандиозный скандал, связанный с именем финансового авантюриста Стависского, которому покровительствовали многочисленные чиновники, включая министров. В Париже и других городах начались уличные акции правых радикалов, нападения и погромы под лозунгом «Долой воров и мошенников!» Правительство К. Шотана, скомпрометированное делом Стависского, ушло в отставку. К власти пришел Э. Даладье, лидер радикалов. Слово «радикал», которое в других главах мы употребляем в значении «крайний представитель какого-либо течения», в политическом спектре Франции означало радикального либерала, то есть политика по меркам ХХ века весьма умеренного. Но сначала Даладье решил действовать весьма радикально для радикала, и начал с чистки государственного аппарата. В правых кругах разнеслась весть: чистят не тех. Не коррупционеров, а настоящих государственников и честных служак. Так, был уволен префект полиции Парижа Кьяпп, имевший у правых хорошую репутацию.
