Соня что-то пробормотала. Кит очень надеялся, что не проклятие в их адрес или просьбу богам сбросить на землю метеорит, потому что только она могла помочь им с переводом, где бы они не находились. Чары понимания накладывались на каждого искателя, но без должного изучения того или иного языка они бесполезны, помогают понять лишь отдельные слова. Кит хорошо знал английский и сигридский, а также немного понимал французский — и то из-за того, что изучал его в школе, куда его отправил Джонатан. Во всём Ордене не встретилось бы человека, который знал абсолютно все языки, но о Соне и её знаниях ходили легенды. Кита всегда удивляло, как человек может говорить на стольких языках, особенно в столь юном возрасте, он считал это чем-то невозможным, но теперь был рад, что Соня с ними.
— Значит, нам нужно в Касерес, — подытожил Алекс, запрокинув голову и уставившись в темнеющее небо. — Но без магии.
— Ага, — опустив голову, подтвердил Николас.
— Отлично. Значит, по-старинке.
— Это как? — Твайла недоверчиво нахмурилась.
— Это вот так. — Алекс подозвал Соню и передал ей Николаса, не способного стоять без чужой поддержки, затем вытащил из кармана куртки телефон и добавил: — Есть такая магическая штучка, которая называется «навигатор».
Твайла громко фыркнула, будто заранее отвергая идею искателя, в то время как Кит даже рассмеялся.
— Как эти ваши земные штучки помогут нам?
— А так, что Португалия и Испания граничат. Нам нужно лишь узнать расстояние между этим городом и Касересом, и тогда…
— Но мы не можем открыть портал! — упрямствовала Твайла.
— Зато можем угнать машину, — с улыбкой возразила Соня и тут же уточнила у Алекса: — Ты же умеешь водить?
— Да, Себ меня учил… Не то чтобы у меня есть права, — добавил искатель, оторвавшись от экрана телефона. — Я завалил параллельную парковку. Ненавижу параллельную парковку!
— К чёрту, всё равно никто больше не умеет, — отмахнулась Соня. — Далеко там наш славный Касерес?
— Три-четыре часа езды.
— Отлично, значит, выдвигаться нужно сейчас, пока нас ещё кто-нибудь не хватился… Ты как? — почти миролюбиво уточнила она у Николаса. — Продержишься ещё немного?
— Рейна говорит, что да, — тихо ответил Николас. — Но барьеры будут периодически спадать, удерживать их без Движения очень сложно.
— Ничего, справимся. Алекс, готовься садиться за руль.
— Погоди, где мы машину-то возьмём?
Соня с невозмутимым видом указала в сторону заправочных станций, затем провела линию к небольшому магазину.
— Уж как-нибудь разберёмся, у кого тащить ключи.
— Это не так-то просто. А если не получится?
— Значит, поедем в орущей на всю трассу машине. Извини, но я выключать сигнализацию не умею.
— Говоришь так, — наконец произнесла Твайла, — будто уже угоняла машину.
— Да, было дело, — легко согласилась Соня.
Алекс подавился воздухом, Кит удивлённо распахнул глаза. Перед ними точно та самая искательница, которую они знали?
— Ну всё, — торопливо произнесла Соня, придержав Николаса, пытавшегося не упасть, за плечи. — Я не хочу торчать тут до конца жизни. Займёмся вашими ранами уже в пути, у нас есть аптечка. А пока выберем себе жертву и самую крутую тачку.
***
Многие говорили, что Диего Зальцман всегда доводит дело до конца и знает куда больше, чем все остальные. И при этом добавляли, что Диего недооценивают, будто было ещё что-то, что он умел, но пока никому не показывал, желая нагнать страху и шокировать позже.
Но правда была в том, что Диего переоценивали.
Он умел поддерживать видимость всезнающего и всеведающего рыцаря-мага, действующего во благо коалиции, но лишь из-за Фортинбраса и Джинна, обучивших его этому. Без них Диего был бы лишь юнцом, не способным удерживать магию под контролем, особенно здесь, в этом чудесном мире, где магии было так много и можно было не бояться, что её безостановочное использование убьёт тебя. Диего настолько хорошо управлялся с созданным образом, что даже те члены коалиции, о непробиваемости который ходили слухи, старались как можно меньше с ним общаться.
Например, Себастьян из семьи Гривелли. Диего слышал, что он — лучший искатель Ордена, если исключить главу и его помощников, и умел найти подход к любому, даже самому проблемному собеседнику, и при этом он не забывал выглядеть и смотреть на всех так, будто прекрасно знал о своих уме и уникальности. Зельда в первую же минуту их разговора назвала его «заносчивым засранцем», но потом, когда Себастьян сказал ей укрепить барьеры вокруг дома, где они пересеклись, она почти елейно крикнула:
— Сейчас, милашка моя!
Диего ничуть не удивлялся манере общения Зельды и тому, как Себастьян не реагировал на неё. Он наверняка ещё в первые дни пытался объяснить, что подобное обращение недопустимо, но Зельда была очень упёртой, и потому искатель сдался. И всё же его выдержке можно позавидовать. В условиях стресса, — и тех, что появлялись из-за естественных причин, и тех, что создавала сама Зельда, — Себастьян работал просто поразительно.
