– У нас действительно все хорошо, даю тебе слово, – уверила ее Ева. – Понимаю, тебе трудно в это поверить, но мы очень счастливы. Мне нравится такая жизнь, – призналась она. – Честно. Все изменилось, и меня это устраивает. Я получила основательную встряску, у меня значительно урезались доходы. Пришлось многое пересмотреть, о многом подумать. – Ева поставила бокал, скрестила ноги и посмотрела на сестру, не отводившую от нее серых спокойных глаз. – Я столько потеряла: ребенка, дом, образ жизни, все, что меня окружало и что я любила, Денниса…
Денниса она поставила на последнее место, с облегчением заметила Дженни.
– Все, что мне нужно теперь, это мир, покой и самое необходимое для существования. Мне трудно объяснить, но сейчас я не хочу ничего больше того, в чем у нас действительно есть потребность. Наверное, из соображений безопасности. Я не допущу, чтобы кому-нибудь из нас снова причинили боль.
Дженни показалось, что она поняла сестру, однако на всякий случай спросила:
– Разве ты не грустишь по прошлому? Ведь ты не можешь прийти в свой дом, съесть на праздник те деликатесы, к которым привыкла?
– Какие? – поинтересовалась Ева.
– Марципан, шоколад, дорогое вино, джин с тоником, мясное филе…
Ева засмеялась:
– Нет, мне не хватает только духов и крема для лица, которым я привыкла пользоваться.
– Я подарю тебе на Рождество, – пообещала Дженни.
– Нет-нет, совершенно ни к чему. Смешно, но я до сих пор покупаю только дорогие сорта шоколада или стирального порошка. И еще я ненавижу дешевые туфли, поэтому ношу вот это. – Она указала на свои кроссовки. – Мне кажется, я всю жизнь была испорченным ребенком, а теперь вернулась к реальности. И мальчики тоже. Для нас всех это гораздо лучше.
Дженни подумала о цене кольца к помолвке, которое Дэвид уже выбрал, и почувствовала себя виноватой.
– Что бы ты хотела на Рождество? – спросила она Еву.
– Новые волосы! – пошутила Ева, дотронувшись до давно не стриженных и не крашенных волос.
– Хорошо, постараюсь помочь, – сказала Дженни. – Серьезно.
Так Ева познакомилась с Гарри.
Исследовав свой скудный бюджет, поскольку приближалось Рождество, она пришла в отчаяние: как сделать, чтобы праздник не стал для ее детей разочарованием?
Год назад Рождество праздновали с невероятным размахом. Деннис превзошел себя, купив мальчикам электрические машины, в которых они могли кататься, катера с дистанционным управлением, город из конструктора «Лего», футбольные бутсы и еще много разных приятных мелочей. Даже тогда, во времена изобилия, Ева подумала, что он портит детей. Она же открыла маленькую коробочку, завернутую в золотую фольгу, и обнаружила там украшенные бриллиантами часы от Картье.
Да, сейчас жизнь другая. Ева не удержалась и посмотрела на черные пластиковые часы за шесть фунтов на своем запястье. Она даже считала их довольно экстравагантными.
Но что ей делать в этом году? Особенно жаль Тома, ведь он до сих пор верит в Сайта-Клауса. Как ему объяснить, почему у Санты вдруг резко оскудел бюджет?
Ева очень экономила, чтобы купить детям хоть небольшие подарки. Это означало бесконечные вариации на тему фасоли и чечевицы на ужин и каши на завтрак; не тратилось ни одного лишнего цента. И все-таки она решила выделить немного денег из подарка Дженни на рождественскую прическу. Ева не посещала парикмахерскую с тех пор, как Деннис обанкротился, и ее волосы выглядели ужасно. Темные корни доросли уже до уровня ушей, а покрашенные и подстриженные в дорогой парикмахерской Суррея концы посеклись и потеряли форму.
Она планировала подстричь их выше плеч и вернуться к своему естественному цвету, потому что больше не могла себе позволить краситься.
Ева записалась в салон, находившийся довольно далеко от дома, потому что там было дешевле, но для Хэкни интерьер парикмахерской выглядел на удивление стильным.
Как только Ева пришла, ее проводили к креслу, где она познакомилась с Гарри – солидным черноволосым итальянцем из Ист-Энда.
Он взмахнул расческой, провел ею по волосам и с непроницаемым выражением на лице вынес заключение:
– Волосы густые, но в ужасном состоянии. – А потом добавил: – Итак, дорогая, что мы будем с ними делать? Ведь приближается Рождество, когда каждая женщина должна поражать великолепием.
Ей пришлось объяснить, что она хочет обыкновенную короткую стрижку, а Гарри печально покачал головой:
– О нет, я думаю, вам надо вернуть белокурый цвет.
Ева объяснила ему, что не может позволить себе окраску волос, потому что собирает деньги на рождественские подарки для детей. Перед ней стоит большая проблема: как сделать так, чтобы сыновья не разочаровались в празднике, потому что их отец… исчез, и у нее нет денег, чтобы делать им такие прекрасные подарки, как раньше.
Она сидела в кресле и плакала, а Гарри, всю жизнь утешавший опечаленных женщин, дал ей салфетку, чашку чаю и сказал:
– Подождите, дорогая моя. Скоро Рождество, позвольте Гарри привести в порядок ваши волосы. После этого вы обязательно почувствуете себя лучше, и жизнь покажется не такой уж плохой. Обещаю вам.
