За спиной Комова кто-то сказал «Ох ты», и что-то с шумом повалилось в траву.
– Это Борис Фокин, – сказал Комов, не оборачиваясь. – Самопадающий археолог.
– Если такая жуткая трава, – сказал Борис Фокин, поднимаясь. У него были рыжие усики, засыпанный веснушками нос и белый пенопластовый шлем, сбитый набекрень. Он вытер о штаны измазанные зеленью ладони и представился: – Фокин. Следопыт-археолог.
– Добро пожаловать, Фокин, – сказал Рю.
– А это Татьяна Палей, инженер-археолог, – сказал Комов.
Рю подобрался и вежливо наклонил голову. У инженера-археолога были серые отчаянные глаза и ослепительные зубы. Рука у инженера-археолога была крепкая и шершавая. Комбинезон на инженере-археологе висел с большим изяществом.
– Меня зовут Таня, – сказала инженер-археолог.
– Рю Васэда, – сказал Рю. – Рю – имя, Васэда – фамилия.
– Мбога, – сказал Комов. – Биолог и охотник.
– Где? – спросил Рю. – Ох, извините, пожалуйста. Тысяча извинений.
– Ничего, товарищ Васэда, – сказал Мбога. – Здравствуйте.
Мбога был пигмеем из Конго, и над травой виднелась только его черная голова, туго повязанная белым платком. Рядом с головой торчал вороненый ствол карабина.
– Это Тора-Охотник, – сказала Татьяна.
Рю пришлось нагнуться, чтобы пожать руку Тора-Охотнику. Теперь он знал, кто такой Мбога. Тора-Охотник, член Комитета по охране животного мира иных планет. Биолог, открывший «бактерию жизни» на Пандоре. Зоопсихолог, приручивший чудовищных марсианских «сора-тобу хиру» – «летающих пиявок». Рю было ужасно неловко за свой промах.
– Я вижу, вы без оружия, товарищ Васэда, – сказал Мбога.
– Вообще, у меня есть пистолет, – сказал Рю. – Но он очень тяжелый.
– Понимаю. – Мбога одобрительно покивал и огляделся. – Все-таки зажгли степь, – сказал он негромко.
Рю обернулся. От холма до самого горизонта тянулась плоская равнина, покрытая блестящей сочной травой. В трех километрах от холма трава горела, запаленная реактором бота. В белесое небо ползли густые клубы белого дыма. За дымом смутно виднелся бот – темное яйцо на трех растопыренных упорах. Вокруг бота чернел широкий выгоревший круг.
– Это скоро погаснет, – сказал Рю. – Здесь очень влажно. Пойдемте, я покажу вам ваше хозяйство.
Он взял Комова под руку и повел его мимо вертолета на другую сторону холма. Остальные двинулись следом. Рю несколько раз оглянулся, с улыбкой кивая им. Комов сказал с досадой:
– Всегда неприятно, когда напакостишь при посадке.
– Скоро погаснет, – повторил Рю.
Он слышал, как позади Фокин заботится об инженере-археологе: «Осторожно, Танечка, здесь, кажется, кочка…» – «Вижу, – отвечала инженер-археолог. – Смотри себе под ноги».
– Вот ваше хозяйство, – сказал Рю.
Зеленую равнину пересекала широкая спокойная река. В излучине реки блестела гофрированная крыша.
– Это моя лаборатория, – сказал Рю.
Правее лаборатории поднимались в небо струи красного и черного дыма.
– Это строится склад, – сказал Рю.
Было видно, как в дыму мечутся какие-то тени. На мгновение появилась огромная неуклюжая машина на гусеницах – робот-матка, – в дыму что-то сверкнуло, донесся раскатистый грохот, и дым повалил гуще.
– А вон там город, – сказал Рю.
От базы до города было немногим больше километра. С холма здания казались серыми приземистыми кирпичами. Шестнадцать серых плоских кирпичей, выступающих из зеленой травы.
– Да, – сказал Фокин, – планировка совершенно необычная.
Комов молча кивнул. Этот город был совсем не похож на другие. До открытия Леониды Следопыты – работники Комиссии по изучению следов деятельности иного разума в космосе – имели дело только с двумя городами. Пустой город на Марсе и пустой город на Владиславе. Оба города строил явно один и тот же архитектор – цилиндрические, уходящие на много этажей под почву здания из светящегося кремнийорганика, расположенные по концентрическим окружностям. А вот город на Леониде был совсем другим. Два ряда серых коробок из ноздреватого известняка.
– Вы там бывали после Горбовского? – спросил Комов.
– Нет, – ответил Рю, – ни разу. Собственно, мне было некогда. Я ведь не археолог, я атмосферный физик. И потом, Горбовский просил меня не ходить туда.
Бу-бух! – донеслось со стройки. Там густыми облаками взлетели красные клубы дыма. Сквозь них уже обрисовывались гладкие стены склада. Робот-матка выбрался из дыма в траву. Рядом с ним прыгали черные киберстроители, похожие на богомолов. Затем киберы построились цепью и побежали к реке.
– Куда это они? – с любопытством спросил Фокин.
– Купаться, – сказала Таня.
– Они разравнивают завал, – объяснил Рю. – Склад почти готов. Сейчас вся система перестраивается. Они будут строить ангар и водопровод.
– Водопровод! – восхитился Фокин.
– Все-таки лучше было бы отодвинуть базу подальше от города, – сказал Комов с сомнением.
– Так распорядился Горбовский, – сказал Рю. – Нехорошо удаляться от базы.
– Тоже верно, – согласился Комов. – Только не попортили бы киберы города…
– Ну что вы! Они у меня туда не ходят.
– Какая благоустроенная планета! – сказал Мбога.
