Великий океан, первосозданная стихия и матерь всего живого на планете, океан со своими водами, обозначенными человеком (в этой части света) как морями — Беринговым, Охотским, Японским, Желтым, Восточно-Китайским, — никогда не бывает тихим. В какой-то части своего исполинского тела он дремлет, в дремоте вздрагивает, словно переворачивается с боку на бок, а в другой — бешено крутящиеся вихри несутся с ужасающей скоростью навстречу или вдогонку кораблям.
От человека требуется много сил, чтобы не только пуститься по океану в странствование, но и для того, чтобы крепко стоять на ногах на твердой земле даже под сенью мирных деревьев.
Громадные силы у русских людей. Большой ум. Но что такое один человек, когда он один? И даже — с другом?
Любимец жизни — Марсель. От южного неба Франции и Средиземного моря — вдохновенный свет. Древний город, но не дряхлый. За 600 лет до нашей эры его основали финикияне. У горы. На горе возвышается Нотр-Дам де ла гард. Собор венчает позолоченная статуя, обращенная в сторону моря. Святая Мария — покровительница мореходов. Побывай в соборе, поклонись ей, и она избавит тебя от беды на море до смертного часа!
От старого порта начинается главная улица Ля Каннебьер. Солдаты в хаки и матросы в полощущихся синих клешах. Мастеровой люд в кепках и скромные интеллигенты в соломенных шляпах.
Если прислушаться к разговорам (даже зная один русский язык), можно узнать о многих событиях, пережитых марсельцами. И угадать почти без ошибок, кто тот или другой. Прекрасные люди чудесной страны из команды миноносца “Протен”. Как! Не знаете их? Они подняли восстание и зажгли революцию на линкорах “Франс”, “Жан Бар”, “Вальдек Руссо”. Ну об этом будут помнить все столетие! Французские матросы, побывавшие в России (это уж они не забудут). Одесский рейд!.. С военных кораблей, посланных для “нового” захвата Севастополя!.. Из морских патрулей, переброшенных через румынскую границу частями 58-го и 176-го пехотных полков. Жива память! Они же побратались с русскими рабочими. Французские моряки из Владивостока…
Этот рыжий детина с отмеченным оспинками лицом тоже был во Владивостоке в белой армии. Сам протягивает раскрытую пятерню цыганке. У него загребущая рука, сиплый голос. Говорит для “плезира”:
— Наша матка — евто Вятка, сестрица — рожь, братейник — нож.
А цыганке не надо гадать, чтобы сразу определить: этот мародер из разбитой армии. А вот тем, тоже русским, двоим из Иностранного легиона с красными аксельбантами на правом плече (высшая боевая награда) она споет “люли-люли, стояла” — про березку.
Легионеры размещаются на террасочке кабачка, открытой круглый год, заказывают легкое вино и закуску — ракушки. Продолжают приятельскую беседу об уроженце Полтавщины, севастопольском грузчике, показавшем во Франции русскую силушку. Кто из русских не любит борьбу? Кто не слышал о Иване Максимовиче Поддубном!
— Кто в Париже на чемпионате в 1903 году был кумиром публики?
— Черт его знает!
— Рауль Буше.
— Теперь вспомнил.
— Поддубный выдержал с ним часовую схватку. Буше уходил от острых приемов.
— Это и есть настоящая борьба.
— Не скажи! Потом в Петербурге в четвертом году Поддубный не знал себе равных.
— Пусть зарежет меня марроканец, если ты что-то смыслишь в французской борьбе!
— В Марселе нынче не будет Буше, Педерсона и Поддубного. Иван гнет поясницы американцев.
— Алла верды! А слышал о Василии Бабушкине?
— Медвежья сила и множество ран. Матрос, который соединил две эскадры!
Цыганка оставила вятича Митрича с его неразгаданной судьбой. Подошла к легионерам. И они услышали грудной голос:
— В Марселе так же легко утопить свою тайну, как и найти чужую.
— Что ты хочешь этим сказать, цыганка?
— Смотри пожалуйста, прямо от Яра!
— Какая тайна? Чья тайна?
Слово “тайна” всегда вызывает любопытство.
— Тайна борьбы. Вы хотели бы знать победителя. И сыграть на него!
— Как ты угадала, о чем мы говорили?
— Все в Марселе говорят о борьбе. А потом… вы в беседе проделывали такие “бра руле”, что вот-вот перешли бы в партер. — И она показала под стол.
Посмеялись. До чего проста загадка!
— Алла верды! Любишь борьбу? — Как месяц — солнце.
— Любишь борцов?
— Предпочитаю аксельбанты, а не медали.
— Тогда спой нам.
— В Марселе надо слушать песни Прованса.
— Тогда мы споем для тебя. Дама — всегда дама.
И они запели — голос к голосу:
Нам каждый гость дается богом,
Какой бы ни был он на вид.
И даже в рубище убогом…
Алла верды!.. Алла верды!
Она сказала:
— Это похоже на Марсель, хотя пел Кавказ.
