До «Уочгарда» что-то дошло о нем и о его друзьях; конечно же, дошло — Пингвин готовит свои операции тщательно, как никто, и его агенты действуют во всех… перспективных… (с точки зрения «Уочгарда») направлениях.
— Ну, что ж ты молчишь? Когда ведешь двойную игру, надо заранее быть готовым и к таким разговорам, как наш.
Он сделал еще один осторожный, почти скользящий шаг вперед, держа правую руку в кармане своей охотничьей куртки. И Виктору сразу же вспомнились уроки в спецшколе — стрельба из кармана, вслепую, с возможно более близкого расстояния. Он стиснул рукоятку своего кольта и невольно порадовался: короткоствольное оружие вывернуть в тесном кармане можно на доли секунды быстрее — во всяком случае, быстрее, чем «берету» Пингвина.
— Так вот, — деловым тоном продолжал Пингвин. — Раз уж ты стал агентом-двойником, то что тебе помешает работать и на третьего хозяина, например на «Уочгард»? Нам нужны свои люди и в хозяйстве твоего батюшки, и у красных. В конце концов, наше дело коммерция, а не политика. И мы готовы оказывать наши услуги тем, кто их лучше оплачивает. Мы берем дорого, но и наши «профи» на нас не обижаются. Высокие оклады и гонорары, а при выходе «с холода» — хорошая пенсия и надежные латиноамериканские документы. Так что? Договоримся?
Пингвин сделал еще один скользящий шаг вперед. «Еще один шаг, и он будет стрелять», — определил про себя Виктор.
— Ну что же ты молчишь? — говорил теперь уже без перерыва Пингвин. — Работая с нами, ты при желании можешь быть полезен всем — и нам, и твоему батюшке, и красным. Ты далеко пойдешь, если тебе уже сейчас доверили участвовать в нашей операции и даже каким-то способом убрать нас после ее завершения.
Виктор невольно вздрогнул: теперь стало понятно, почему Пингвин не поехал вместе с другими в «лендровере»!
— Не дергайся, — усмехнулся Пингвин. — Я не буду возражать, если ты выполнишь это задание вашей Системы и уберешь их всех, кроме… меня. Они уже — мятый пар, ненужные свидетели, а вот гонорар за них мы взыскать сумеем и неплохо им распорядимся. Ну, так что? Согласен?
— Нет! Нет! Нет! — выкрикнул Виктор, не в силах больше бороться с охватившим его отвращением и потеряв над собою контроль.
И тут же увидел направленный на него пистолет.
— Руки! Руки вверх! — крикнул Пингвин. — Ну! Бросай сюда твой паршивый кольт!
— Но… — поняв, что прозевал момент, попытался было еще что-то отыграть Виктор. — Если обо всем этом узнает отец…
— Узнает! Но только от меня! — оборвал его Пингвин. — Бросай кольт на землю и… — Он выразительно крутанул «беретой», приказывая Виктору вернуться к «тойоте»…
И в этот момент Виктор выстрелил не целясь, сквозь карман, как научился стрелять в спецшколе. Это произошло само собой, и Виктор потом был готов поклясться, что он и не думал убивать Пингвина. Но тот взмахнул руками и рухнул назад, отброшенный в кусты, опрокинутый навзничь выстрелом почти в упор.
Виктор в ужасе бросился к нему — Пингвин был мертв. Виктор попытался было вытащить тело из чащи колючих кустов, но колючки цеплялись за одежду убитого, словно не хотели отдавать его. И в этот момент, в момент, когда Виктор в отчаянии выпрямился, поверх кустов он видел, как по грейдеру мимо его «тойоты» пронесся «лендровер» парней из «Уочгарда». Они так спешили, что проскочили мимо стоящей на обочине пустой «тойоты». Они знали правила игры: не совать нос куда не следует и убираться от места только что проведенной акции как можно быстрее и как можно дальше…
Ну, нет, он не позволит и этим уйти безнаказанно! И Виктор, глядя вслед уносящимся в ночь задним огонькам «лендровера», сразу пришел в себя. Он кинулся к своей «тойоте», лихорадочно стал настраивать рацию, чтобы ровно через пять минут включить ее и нанести Смертоносный удар.
…Страшной силы взрыв, прогремевший ровно через пять минут, был слышен далеко окрест. Местные жители на него не обратили внимания — в районе шли военные маневры.
— Почему ты это сделал, Вик? Что толкнуло тебя? Почему?
Леон Невелинг смотрел прямо в глаза Виктору, стоящему перед его столом, на котором лежала желтенькая кассета от портативного магнитофона.
Виктор только что закончил рассказ о том, что произошло минувшей ночью в буше, точнее, о том, как он застрелил Пингвина. Обо всем остальном Невелинг-старший уже знал во всех подробностях из донесений соответствующих служб Системы. И теперь разговор шел о другом, о деле с телефонным звонком в либеральную газету.
