Мир проклятий и демонов полностью

«В каком-то смысле так и есть, – пояснила Лерайе. – Нотунг признает только кровь, а в тебе, увы, нет той, что ему нужна».

«Лучше скажи, где Третий».

Лерайе промолчала. Пайпер посмотрела себе под ноги, увидев испачканные в черном и красном короткие сапоги, до этого бывшие светлыми, и нервно усмехнулась.

«Давай, Пайпер. Повтори».

Пайпер вздохнула, на секунду почувствовав, что голос вот-вот сорвется в рыдания, и совсем тихо забормотала под нос:

– Меня зовут Пайпер Аманда Сандерсон. Пятнадцатого января мне исполнилось девятнадцать, хотя я даже не могу определить, когда было пятнадцатое января…

«Пайпер», – осуждающе вмешалась Лерайе.

– …но на тот момент я уже была в Диких Землях. Я родилась в Портленде и всю жизнь прожила там. Поступила в колледж искусств, но защитный механизм Земли меня оттуда выпер.

«Пайпер», – нетерпеливо повторила сакри.

– Любимый цвет – синий…

«Пайпер, – Лерайе вздохнула так громко, что этот звук эхом отразился внутри головы сальватора, – ближе к делу».

– Так ведь я к этому и веду… Ладно. Меня зовут Пайпер Аманда Сандерсон. Пятнадцатого января мне исполнилось девятнадцать. Я связана с Лерайе, сакрификиумом Силы, и я являюсь сальватором. Довольна, королева драмы?

«Не останавливайся».

– Меня зовут Пайпер Аманда Сандерсон…

И она понятия не имела, когда эти слова стали единственным, что удерживало ее от нервного срыва.

Мгновение назад Пайпер пыталась оттащить Третьего от Розалии, зная, что с его силой ей не сравниться, и при этом слышала, как Лерайе настойчиво требует не отступать, но теперь она где-то, где все девственно чистое и оттого пугающее. Даже кровавые следы, тянувшиеся за ней, не пугали так, как белизна вокруг.

Первое, что Пайпер увидела, разлепив глаза под яростные угрозы Лерайе, – это Нотунг. Девушка вцепилась в меч, будто в спасательный круг. Пришлось повозиться, чтобы закрепить ножны на поясе, но она все же справилась с этим и только после, буквально несколько мгновений спустя, поняла, что ей не стало спокойнее. Даже когда Нотунг, очень тяжелый, но все же сдавшийся под напором магии, направляемой Лерайе, снес голову первому демону.

Это продолжалось так долго, что Пайпер устала считать. Поначалу демонов было совсем немного, она успешно избавлялась от них то мечом, то магией, делая точно то, что говорила сакри – и не забывая кричать от ужаса, разумеется. Затем демонов становилось все больше, и она была вынуждена отступить, но не представляла куда. Пайпер выбрала первый попавшийся коридор и побежала, таща за собой протестующий Нотунг, – его протест отдавался гудением в костях и зубах, что было очень неприятно, – параллельно с этим пытаясь привести себя в чувство.

Она старалась не оглядывать себя, ведь прекрасно знала, что с ног до головы покрыта чужой кровью. Еще и своей, конечно, но ее раны Лерайе залечивала довольно быстро.

– Пятнадцатого января мне исполнилось девятнадцать…

Сакри сказала, что так ее будет сложнее сломить. Пайпер не была в этом уверена, ведь ее уже сломало. Что или кто – девушка не знала, но чувствовала себя просто ужасно.

Она не понимала, где находится. Не представляла, где все остальные. Не знала, как найти их. Не думала, что убеждения Лерайе смогут помочь. И хотела, чтобы все это закончилось.

Все в этом месте было каким-то нереальным, и происходило будто не с ней. От запаха крови, витавшего в воздухе, кружилась голова. Кожу лица саднило. Губы давно были искусаны в кровь.

В магическом трактате, который Пайпер разбирала вместе с Джинном, Стефан писал, что пустота – это тоже чувство, источник, ведущий к магии. Возможно, именно поэтому Сила и откликалась, позволяла сальватору использовать ее. Пустоты в ней было достаточно.

– Сколько мы уже здесь?

Девушка говорила тихо, почти не разлепляя губ, исключительно для того, чтобы слышать свой голос и знать, что он все еще принадлежит ей.

«Не знаю, – ответила Лерайе. – Для этого нужен Арне».

– Я его не чувствую.

«Это не значит, что его здесь нет. Башня затянула всех, кто был рядом с Карстарсом».

Ах да, точно, Башня. Лерайе часто повторяла это слово, а Пайпер забывала его. То ли плохо слушала, то ли переводчик сигридского, поселившийся в голове благодаря чарам понимания, сбоил. Уж лучше он, чем память Пайпер, потому что иначе все становилось куда печальнее и страшнее.

Она шла, куда глаза глядели, чувствовала магию лишь в моменты, когда та готовилась убить очередного демона, и не понимала, как найти остальных. Сигилы на коже слабо мерцали золотом – и только. Обострившиеся зрение, слух и обоняние не помогали. Ничего, кроме Силы, не помогало, да и она не могла решить всех проблем Пайпер.

«Нужно найти Арне».

– Я знаю, – вяло отозвалась девушка.