Девушке стало… неуютно. Что смог увидеть штурм-капитан в ее мыслях? Она-то думала, что считывание произойдет под ее полным, осознанным контролем! Надо было заранее уточнять, но родной кинематограф подвел — шаблон оказался недостоверен, в отличие от героев фильмов, получавших доступ к скрытым воспоминаниям, она вообще ничего не помнила. Что там увидел Дантерен?
Аня, не открывая глаз, прислушалась до нее донеслись приглушенные голоса доктора и ИскИна, обсуждавшие полученную информацию. «Из того самого второго слоя», — поняла девушка. Дилемма, судя по всему, состояла в том, что Дантерен рвался спасать экипаж и невесту, получив, в Анином лице подтверждение, что они живы и залегли в стазис ИскИн же настаивал, что надо сначала разобраться с обстановкой на Терре, понять, как убрать вредное излучение, или — как его нейтрализовать, а потом уже тащить на планету целую команду пурпурных. Штурм-капитан отступал перед разумными аргументами, но все равно пытался их обойти, предлагая сначала найти экипаж, а потом, всем вместе, рубиться с ситуацией на Терре.
Аня собиралась полежать и послушать, не подавая виду, что пришла в себя, но ИскИн уловил, что она очнулась и тут же подошел, наклонился над ней, поднес к губам стакан с трубочкой:
— Выпейте, маленькими глотками.
Жидкость приятной прохладой скатилась вниз по шершавому горлу, и Аня поняла, насколько ее мучила жажда во рту все пересохло, просто раньше она не обратила на это внимание.
— Почему я потеряла сознание?
НИК принял виноватый вид:
— По идее, этого не должно было произойти, но ваши ментальные поля вошли в резонанс. Такое иногда бывает — у родственников, поэтому медики стараются родных и людей, близких по спектрально-резонансному дескриптору, не лечить и не устраивать непосредственных мысленных считок — лучше через прибор, но сейчас условием передачи информации было как раз объединение ментальных полей.
Ну да, девушка знала, что и на Земле хирурги своих близких стараются не оперировать тут, видно, схожая ситуация. Она размяла закостеневшую шею, потянулась и решительно встала с лежака — надо было выяснить, все ли получилось со считыванием.
Пока Анна общалась с ИскИном, Дантерен внимательно ее рассматривал, как будто стараясь найти в ней ответ на какую-то задачку. Увидев, что она встала, он неловко дернул плечом, пятерней взъерошил короткий ежик темных волос и громко прочистил горло:
— Ну, здравствуй…правнучка…
— Гхы… — выдавила из себя Анна. — В каком смысле?!
Оказалось, действительно — пра-пра… — внучка.
Личное сообщение штурм-капитану, притаившееся во втором слое кольцевой структуры, упрятанной в митохондриальную ДНК, проливало свет на события, произошедшие много веков назад с застрявшей на Земле терранской экспедицией.
Получив сообщение о том, что на планете произошла катастрофа, не имея кристаллов на обратный перелет и опасаясь использовать эвакуационное зеркало из-за проблем с развёрткой на материальном плане, экипаж корабля поступил в соответствии с инструкцией для таких случаев. Закончив все запланированные исследовательские работы и создав предписанное уставом послание для спасательной экспедиции, часть экспедиции залегла в стазис. Оставшиеся решили поступить по-другому и доживать свои дни на планете, причем некоторые из них поселились в малодоступных высокогорьях Гималайских гор.
Мия же, поняв, что её жених не сможет вернуться, погрузилась в глубочайший прекогнитивный транс, равного которому она ещё никогда не достигала, хотя её уровень владения искусством прекогниции был одним из высочайших на всей Терре. Любовь к Дантерену, преодолев притяжение времени и расстояния, позволила ей понять, что произошло со штурм-командиром, и увидеть вероятностные линии развития событий, разрешавших его спасти. Одной из этих линий и было то, что случилось с Анной…
Кстати, корабельный врач ошибся, — у Мии родилась двойня, — мальчик и девочка. Девочка выросла, влюбилась в одного из самых юных членов терранского экипажа, интерна Нирена, и они решили прожить отведённые им годы на Земле. К моменту зачатия своей внучки, Мия уже знала, что надо сделать, чтобы передать личное сообщение своему жениху. Обеспечив зародышевую клетку будущей внучки тем самым посланием с двойным дном, которое так возмутило Аню, Мия посчитала свою миссию наполовину законченной. Из поколения в поколение женщины ее рода следили только за одним — в семье всегда должна рождаться девочка, поскольку само послание было зашифровано в митохондриальной ДНК. Оставалось только ждать и надеяться, что ее пра-пра-внучка не подведет.
