После обеда Ингрид, как и просил Георг Меркурий, отправилась в кабинет Великой Княгини, где её хотели расспросить об утреннем видении. Девочка поднялась на нужный ярус вокруг ствола Древа, когда все разошлись по обиходам. Постучав, она отворила знакомую дверь. В кабинете уже сидели Фрейя Левкайя, Георг Меркурий и Деметрос Аркелай. Ингрид сделала неловкий поклон, здороваясь с Княгиней. По книжкам она привыкла, что к багрянородным следует обращаться «Ваше Величество», но она-то уже позволила однажды себе фамильярный тон. Особенно стыдно стало после праздника.
– Ингрид, расскажите, пожалуйста, где, при каких обстоятельствах вы столкнулись с демоном? – спросил Георг Меркурий.
– Ваше Величество, – начала Ингрид, поклонившись Княгине, – я рано утром должна была вернуться в Междумирье, это было в воскресенье, в день праздника. Мы с Георгом Меркурием условились встретиться во внутреннем дворе, недалеко от конюшни, часов в 7 утра. Я не знала, как скоро приедет Георг Меркурий, и на земле проснулась очень рано, поэтому появилась там, наверное, в 6:40. Я ходила туда-сюда по двору, присела на скамейку, может, задремала, и не знаю, сколько времени я просидела. Потом мне стало холодно, я встала и снова прошлась по двору. В проёме арки в свете тусклого фонаря я увидела фигуру человека. Мне показалось, что это Георг Меркурий. Было весьма темно, я только-только очнулась от дрёмы, поэтому видела и слышала неясно. Я пошла к нему навстречу и позвала его по имени. Ну, то есть я думала, что это Георг Меркурий, поэтому я звала вас, – Ингрид обратилась к опекуну, – но это оказались вовсе не вы. Когда я подошла уже совсем близко, он повернулся ко мне лицом, и тут я всё увидела. В сумерках я ясно разглядела чёрный короткий плащ и белую маску-клюв. У него как бы смеялись прорези глаз с красной подводкой по нижнему веку… На голове низкий цилиндр, а руки в белых перчатках, он их тянул ко мне. Я, честно, очень испугалась. Он был настолько жуткий… – Тут Ингрид даже побелела и начала говорить сквозь зубы, нижняя челюсть задеревенела. – …что я просто вросла в землю. Я ведь даже не знаю, кто это, что от него ожидать. От страха мне свело ноги. Но тут сзади я услышала топот копыт. Видимо, конь и спугнул демона. Я обернулась, а когда через мгновенье снова посмотрела на это место, там уже никого не было.
– Ингрид, это всё, что вы видели? – обратилась к ней Фрейя Левкайя.
– Вроде да.
– Больше ничего странного не было в тот день?
– Я видела лебедя.
– Какого лебедя? – Княгиня чуть приблизила к ней лицо.
– Белого лебедя. На озере. Когда мы с Георгом Меркурием плыли в лодке к Храму на озере, я видела в предрассветном тумане белоснежного лебедя.
– Ингрид, – заговорил Георг Меркурий, – почему вы мне сразу не сказали про демона?
– Не знаю почему. Будто мне связали язык. Мы говорили про неделю на земле, потом я не знала, говорить об этом или нет, и каждый раз, когда хотелось сказать, разговор переходил на другую тему. Или что-то мешало.
– Тогда что же всё-таки побудило вас утром сказать мне про Чумного? – вмешался каллиграф.
– Деметрос Аркелай. – Ингрид повернулась к нему. – Я читала вечером тетрадь Артемиды, она мне её дала, чтобы я просмотрела пропущенные темы. Вот там я и прочитала про демонические атаки. Я, признаться, раньше часто думала о привидениях, об ангелах, но совсем не разбираюсь в них. Я захотела утром кое-что прояснить для себя, поэтому задала вопрос вам… начала издалека, про фауну местную и прочих существ. Но когда вы стали говорить об ощущениях присутствия демона, я сразу вспомнила, что почувствовала, когда увидела этого… как вы его назвали… Чумного. И тогда поняла, что если сейчас не скажу вам о нём, то, возможно, шанса больше не представится, и что, скорее всего, это важно.
– Ингрид, ещё хотите что-то рассказать? – спросила Княгиня.
– Мм. – Ингрид замялась, но вспомнив вчерашний вечер, добавила: – А у вас есть молитвослов на русском языке?
– Нет. Сейчас все молитвы и службы на греческом.
– Жаль, я очень плохо его знаю, – вздохнула девочка. – Я вчера пыталась вспомнить хоть какую-нибудь молитву, знакомую мне. Пришлось с крестика читать.
– Ингрид, а вы крещены? – спросил её Деметрос Аркелай.
– Да, меня бабушка в младенчестве крестила, тайно, чтоб на её работе никто не узнал… У нас в деревне была единственная церковь со священником.
– Ясно, – отозвался каллиграф.
– Мне ещё нужно ответить на какие-то вопросы? – Ингрид почувствовала, что разговор с её участием подходит к концу.
– Нет, Ингрид, спасибо. Идите на обиход, – сказала Княгиня.
– Простите, можно я спрошу? – спросила девочка.
– Да, спрашивайте.
– А я… сильно испортила церемонию на празднике своим возгласом?
Княгиня, каллиграф и опекун прыснули со смеху. В этот момент Ингрид увидела лица не правительницы и её министров, а старых добрых друзей. И от этого ей стало легко и тепло на душе.
