Принципы государственного устройства Сеннара были основаны на законах шариата. Верховный правитель — наследственный султан, при нем совет знати из высших сановников, тайный совет четырех, главный судья (кади). Провинции различались собственно сеннарские и покоренных областей. Зависимые провинции платили больше податей, а собственно сеннарские — фитру (подушный налог), зякат (налог на скот и земли) и утр 1/10 урожая. Верховным собственником всех земель считался султан.
В султанате было широко развито строительство, даже в деревнях имелись укрепленные замки, в городах же богатые кварталы состояли из глинобитных домов с плоской крышей. Столица султаната — город Сеннар — насчитывал к концу XVIII в. около 100 тыс. жителей.
В султанате широко применялся рабский труд — только на султанских землях трудились до 8 тыс. рабов. Сильна была и армия, насчитывавшая несколько десятков тысяч солдат. Сеннар являлся страной мусульманской учености. Государственным языком там был арабский. Велик был процент грамотных, обучавшихся в школах при мечетях. Было много ученых-богословов. От основания султаната до 1912 г. велись исторические хроники.
Эфиопия, наследница древнего государства Аксум, принявшего христианство еще в IV в., в XVIII в. оставалась раздробленной. Этому способствовало вторжение с красноморского побережья кочевников-оромо, часть которых приняла ислам. Событие это имело огромное значение в политической и этнической истории Эфиопии. Оромо сумели захватить плодородные области страны, в том числе и в ее центральной части. В результате территория христианской Эфиопии значительно сократилась. Ситуация осложнялась и отсутствием выхода к морю, поскольку с XVII в. все красноморское побережье находилось под властью Османской империи.
В течение почти всего последовавшего столетия внешний мир мало что знал об Эфиопии. Страна находилась в состоянии самоизоляции, и под страхом смерти европейцам было запрещено находиться в ее пределах. Основным содержанием внутриполитической жизни были постоянные междоусобные войны. Центробежные тенденции, усилившиеся к середине XVIII в., привели к эпохе, известной в эфиопской историографии под названием «времена князей». Власть императора была чисто номинальной, а страна превратилась в конгломерат фактически независимых областей-государств, важнейшими из которых были Тыграй, Шоа, Годжам, Гондэр, Амхара и Бэгэмдыр. Вместе с тем при ослаблении центральной власти шел процесс укрепления и развития отдельных частей Эфиопии, прежде всего Шоа. На протяжении нескольких десятилетий армия шоанских правителей завоевала обширные области к югу и юго-западу, значительно расширив пределы Шоа. Захваченные трофеи в виде рабов, слоновой кости и кофе шли на продажу в страны Аравийского полуострова, а выручка от продаж — на закупку огнестрельного оружия.
Восточноафриканское Межозерье — еще одна область политогенеза в Тропической Африке, образовавшаяся в результате взаимодействия земледельческих и скотоводческих народов. Контакты этих двух групп народов и породили Великую Китару, прародительницу крупнейших государств региона — Буньоро, Торо и Буганды.
К XVIII в. главенство в Межозерье захватила Буганда. Уже в то время страну покрывала сеть грунтовых дорог шириной до шести метров, по которым тянулись земледельцы и ремесленники, несшие дань правителю. Верховный наследственный правитель (кабака) считался если не божеством, то во всяком случае связующим звеном с духами своих предков, восходивших к легендарному основателю Буганды Кинту. Кабака в XVIII в. был абсолютным правителем Буганды. В XVIII в. происходило постепенное становление и укрепление служилой аристократии. Именно на нее, а не на родовую знать опирались, начиная с XVIII в., все кабаки, что одновременно укрепляло их собственную власть. Сыновья царствующего кабаки обладали равными правами на престол, кроме самого старшего сына, который носил титул кивева и был одним из главных наставников своих братьев. Неудивительно, что в Буганде часто возникали войны за престолонаследие, которые были большим бедствием для страны. Однако во второй половине XVIII в. им был положен конец: все «лишние» принцы, помимо единственного, названного умирающим кабакой своим преемником, умерщвлялись еще в период междуцарствия. Ввел этот обычай 27-й кабака Семакокиро, вошедший в историю Буганды как радетель за укрепление государства.
Межозерье развивалось в относительной изоляции от внешнего мира. Торговцы, в том числе и работорговцы с побережья Индийского океана, попали сюда только во второй половине XVIII в. Они были представителями суахилийской цивилизации и несли с собой ислам.
