Экономический прорыв сделал возможной проведение сильной социальной политики. Самым ярким социальным достижением 50-х — начала 60-х годов стала программа широкомасштабного жилищного строительства. За 1955–1964 гг. жилой фонд в городах увеличился на 80 %. Это дало возможность переселиться в новые квартиры каждому четвертому жителю страны (54 млн человек). Менялся и сам жилищный стандарт: семьи чаще всего получали не комнаты в коммунальной квартире, а отдельные (хотя и небольшие) квартиры. Быстрыми темпами шло строительство новых школ, больниц и институтов. Они оснащались новыми видами технического оборудования.
Однако по мере нарастания экономических проблем, все более отчетливой становилась тенденция правительства решать возникающие трудности за счет населения. В начале 60-х годов почти на треть были снижены тарифные расценки на производстве. Цены на продукты повседневного спроса выросли на 25–30 %.
Все более отчетливо заявляли о себе и недостатки новой системы управления экономикой. Особенно отчетливо они проявились в сельском хозяйстве. После кратковременного периода подъема 1954–1958 гг. (когда среднегодовые темпы роста его производства составляли 7–8%, а доля капиталовложений достигла 1/3 от всего их объема) ситуация вновь обострилась. Новое падение темпов производства привело к перебоям в снабжении продовольствием. С 1963 г. начались регулярные закупки зерна за границей. Среди причин кризиса аграрной политики КПСС следует назвать прежде всего постепенный отход от принципов материальной заинтересованности крестьянства. Другой причиной стало снижение объемов капиталовложений в аграрный сектор в начале 60-х годов. Неправильное землепользование привело к эрозии почв на целине, отдача от которой упала на 65 %. “Кукурузная эпопея”, в ходе которой площади под эту культуру волевым решением партийного руководства были увеличены вдвое (с 18 до 36 млн га), привела к значительному снижению сбора зерновых. Кроме того в условиях “коммунистического скачка” и развертывания масштабных социальных программ (главным образом, в городах) сельское хозяйство вновь превратилось в “пасынка” экономики, в канал перекачивания средств (теперь уже для нужд “развернутого коммунистического строительства”). Ситуация в сельском хозяйстве начала 60-х годов показала, что ориентированные на изъятие сельскохозяйственной продукции у производителя принципы организации колхозного производства делали невозможным ее расширенное воспроизводство.
Глубинные же причины кризиса советской экономики к середине 60-х годов заключались в начавшемся после ликвидации сталинской системы репрессий разложении традиционной советской экономической и политической модели.
Весьма важные перемены происходили и в национальных отношениях. Предоставление больших прав союзным и автономным республикам, “коренизация” их руководящих кадров ускорили формирование национальных элит.
Все это свидетельствовало о том, что “мобилизационная” модель не только экономической, но и политической системы СССР с созданием основ индустриального общества выполнила свою главную задачу и нуждается в серьезных изменениях.
Отчасти это понимало и высшее руководство, предпринявшее в начале 60-х годов попытки политического реформирования, а в середине 60-х приступившее к реализации серьезной экономической реформы.
Однако довольно скоро эти реформы были свернуты. Политические реформы завершились с отстранением от власти Хрущева в октябре 1964 г. Экономическая же реформа 1965 г. была сведена на нет после “Пражской весны” 1968 г.
Политическое развитие СССР в середине 60-х — середине 80-х годов характеризовалось, главным образом, “контрреформами”, не просто вернувшими реальную силу партийному аппарату, но и еще более усилившими ее и законсервировавшими это новое положение дел.
По сути, партийно-государственный аппарат в эти годы обрел статус нового господствующего сословия, которому не хватало лишь одного — наследования своих полномочий и привилегий. Значительно выросло влияние руководства армии и КГБ на принятие важнейших для страны решений.
Экономическое развитие страны в середине 60-х — середине 80-х годов показало, что директивная модель экономического развития свой ресурс окончательно выработала. Она могла какое-то время развиваться по инерции. Но в историческом плане она была обречена. Самой главной проблемой стала ее невосприимчивость к научно-техническому прогрессу и отвлечение огромных средств для развития военно-промышленного комплекса. В то время как ведущие страны Запада в начале 70-х годов вступили в эпоху перехода к информационному обществу, СССР так и не сумел до конца завершить переход к обществу индустриальному. Назревала угроза нового стадиального отставания страны от индустриально развитых держав мира.
Наряду с экономическими проблемами, нарастали предпосылки для духовного кризиса советского общества. Его главной предпосылкой стал кризис официальной идеологии, а наиболее ярким проявлением — движение диссидентов.
