Сирия и Ирак еще сравнительно недавно, два-три десятилетия назад, были странами, далекими от воинствующего ислама. Их лидеры, правда, достаточно быстро сменявшие у власти друг друга, рассуждали об “арабском социализме” и даже создали соответствующую партию (БААС или ПАСВ), считавшуюся правящей в Сирии и Ираке. Правящие режимы этих стран охотно использовали готовность СССР поставлять им в долг оружие и проявляли по отношению к нашей стране лояльность, даже дружеские чувства, хотя, как уже говорилось, не терпели идей коммунизма на своей земле (чаще всего коммунистов просто уничтожали — при всем том, что воинствующий ислам в этих странах, как и в Египте, не пользовался официальной поддержкой). Можно сказать, что для Сирии и Ирака были характерны типичные авторитарные режимы, опирающиеся на умеренный ислам и даже иногда склонные щеголять заимствованной с Запада фразой. Но именно в последние десятилетия стала заметна тенденция к отказу от этого и склонность к активному восприятию исламских ценностей, причем чем далее, тем в более фундаменталистской форме.
Близкую к европейской либеральной демократии политику ведут пока лидеры Алжира, которые после обретения независимости взяли курс на модернизацию и европеизацию. Этот курс вызвал сопротивление со стороны сторонников фундаменталистского ислама, объявивших алжирскому правительству, а вместе с ним и всему народу (жертвы их террора в Алжире исчисляются многими десятками тысяч), настоящую войну. Иногда такую же войну, о чем упоминалось, объявляют своим властям фундаменталисты и в Египте. Только в Сирии и Ираке, где авторитарная власть правителей неколебима, подобные выступления были бы просто нереальны. Но именно в них фундаментализм в мирной форме завоевывает себе достаточно прочные позиции.
Несколько слов следует уделить Ливии. Здесь уже свыше тридцати лет правит полковник Каддафи со своими оригинальными идеями исламского народовластия. Но при всем показном народовластии режим современной Ливии вполне сопоставим с иракским и сирийским. Более того, яростный антизападный крен во внешней политике и покровительство террористам всех мастей, но прежде всего и главным образом исламским, создали режиму Каддафи репутацию международного террориста. Немалое количество нефтедолларов позволяет ему оплачивать все его проекты, хотя экономическая политика Ливии оставляет желать лучшего. Свои потребности в сельскохозяйственных продуктах, например, эта небольшая страна удовлетворяет примерно на треть (остальное закупается на внешних рынках).
Говоря об арабах Азии, важно заметить, что во всех арабских монархиях, богатых нефтью (будь то большие государства, как Саудовская Аравия, или мелкие эмираты), умелое использование национального богатства привело к созданию материальной базы для экономического, да и любого иного процветания. И Аравия, и Кувейт, и эмираты — очень богатые страны, где все новые города построены лучшими архитекторами мира, а деревни щедро орошены привозной или с трудом и недешево добытой из недр пустынь водой и дают щедрые урожаи. Как правило, все это делается руками приезжих рабочих и специалистов, которым за это хорошо платят, но гражданства, как правило, не дают. Гражданами считаются только местные уроженцы, причем все они бесплатно обеспечиваются многими благами (жильем, обучением, лечением и т. п.), за которые в других странах платят десятки тысяч долларов.
Режимы здесь стабильны, но во внутренней политике внешние атрибуты либеральной демократии заметно уступают традициям ислама. Более того, последние десятилетия здесь в еще большей степени, чем в Сирии и Ираке, отмечены явным ростом влияния и значения исламского фундаментализма. В форме саудийского ваххабизма он в наши дни активно проникает и в населенные мусульманами республики распавшегося СССР. Особенно энергично заимствуется фундаментализм в Афганистане, где еще недавно советские руководители мечтали создать чуть ли не советскую республику. Афганские коммунисты, которые с десяток лет назад считались силой в этой одной из самых отсталых в Азии стран, потерпели поражение и вынуждены были покинуть свою страну. Ныне нищий и озлобленный Афганистан — одна из самых надежных баз международного фундаментализма и терроризма, а стоящие у власти в этой стране так называемые талибы — воспитанники исламских школ в Пакистане.
К слову, еще раз о Пакистане. За последнее время и особенно в годы войны в Афганистане эта страна тоже совершила заметный крен в сторону фундаментализма. Именно в Пакистане была и существует сегодня база для подготовки воинов-талибов, для их вооружения. Афганистан и Пакистан сегодня — самые близкие союзники в борьбе с теми, кто еще не вполне готов принять на вооружение опасный ислам, ислам экстремистов-фундаменталистов.
