Еще более красноречив анализ 1763 правительств стран Латинской Америки, находившихся у власти с 1804 до 1985 г. В течение этого времени 44,8 % правительств были военными и 38,4 % — гражданскими (остальные смешанными). Военные правительства правили 47,6 % времени указанного периода, гражданские — 42,5 %. Больше всего военных правительств было на первых этапах становления независимых государств: 1801–1830 гг. (57 %), 1831–1880 (55,7 %). В последующие годы отмечена такая динамика: 1881–1944 (42 %), 1945–1963 (34,3 %), 1964–1977 (50,5 %), 1978–1983 (48,1 %)[574].
В XX в. характер военных переворотов существенно изменился в другом. Теперь чаще всего за ними стояла крупная буржуазия, связанная с иностранным капиталом, а сам переворот осуществлялся представителями регулярной армии, диапазон которых весьма широк: от сержанта Батисты на Кубе до генералитета различных латиноамериканских армий.
Большинство военных переворотов порождало длительные периоды социальной, политической и экономической неустойчивости, что отнюдь не соответствовало интересам народа той страны, в которой военные захватывали власть, удерживаемую ими иногда по несколько десятилетий. Аргентинский военный теоретик подполковник Марио Орасио Орсолини даже ввел в научный оборот понятие “армии-партии с собственной идеологией”[575]. Такое определение в основном правомерно и для многих других армий региона.
“Собственная идеология” латиноамериканских военных по существу всегда являлась зеркальным отражением тех процессов, которые происходили и происходят в обществе. Ее спектр весьма широк: от крайне левых до ультраправых тенденций, она то пронизана общенациональными, патриотическими мотивами, то направлена на защиту интересов иностранного капитала.
Яркими примерами патриотической ориентации в 20-е годы были борьба “армии свободных людей” Аугусто Сесаря Сандино в Никарагуа и движение “тенентистов” в Бразилии во главе с молодым офицером Луисом Карлосом Престесом. Борьба Сандино носила национально-освободительный, антиамериканский характер и была направлена прежде всего на прекращение оккупации Никарагуа войсками США. В то же время “тенентисты” (лейтенанты) в сложный период трансформации бразильского общества выступали за расширение демократических основ и социальный прогресс.
“Генетически” очень тесно связаны с военными режимами диктаторские формы правления, имевшие место в XX в. во многих странах Латинской Америки. Характерные черты латиноамериканских диктатур этого периода: авторитарные формы правления, попрание основных норм демократии и демократических свобод, подмена конституции диктатурой штыка, превращение армейских казарм в главное правовое поле той или иной страны.
Среди возникших в первой половине столетия режимов наиболее одиозными были диктатуры X. Мачадо на Кубе (1925–1933), Р. Трухильо в Доминиканской республике (1930–1961). X. Убико в Гватемале (1931–1944) и клана Сомосы в Никарагуа (1937–1979). Присущие всем им кровавые репрессии в широких масштабах, забвение национальных интересов в угоду крупным иностранным монополиям, использование государственной казны в целях личного обогащения, сервилизм по отношению к Вашингтону привели к социальным взрывам, вылившимся в революции на Кубе (1933–1935), в Гватемале (1944–1954) и в Никарагуа (1979).
Конституции большинства латиноамериканских государств основаны на идеалах политического либерализма, не признающего чрезмерной концентрации власти и ее произвола и выражающего всемерное уважение к неотъемлемым правам человека. Однако приведенные выше примеры свидетельствуют о том, что реализация конституционных норм в повседневной жизни или была сопряжена с серьезными проблемами, или они вовсе игнорировались.
Бурное начало этого столетия, выразившееся в серии войн и революций, оказало существенное воздействие на формирование в Латинской Америке нескольких идейно-политических течений. Некоторые из них имели место в масштабе одной страны (батльизм, карденизм, варгасизм, перонизм), другие (апризм и национал-реформизм) — в целом ряде государств. Первые, а также национал-реформизм, включали в себя и идеи модернизации, и поиски собственных моделей развития, и попытки ответить на вызов времени. В то же время апризм должен был обосновать историческую специфику Латинской Америки и доказать неприемлемость для нее марксизма.
Апризм. Революционные процессы, имевшие место в начале века в ряде стран мира, и особенно революции в России и Мексике, оказали сильное радикализирующее воздействие на политическую жизнь многих государств Латинской Америки. Для конца 10 — 20-х годов характерно возросшее влияние в континентальном масштабе коммунистической идеологии, образование компартий и усиление рабочего движения. Период создания и организационного укрепления компартий занимает десятилетие — с 1919 по 1929 г. Он завершается проведением I конференции латиноамериканских компартий в 1929 г. в Буэнос-Айресе.
