Не вдаваясь в детали такой сложной и многогранной проблемы, как Коминтерн и Латинская Америка, отметим лишь, что на втором этапе (1929–1943 гг.) этот международный коммунистический центр сыграл значительную роль в создании в Латинской Америке массовых антифашистских движений типа Народного фронта.
В XX в. в значительно большей степени, чем в предыдущем, на первый план выходит поиск идеалов национального самосознания и соответствующих им моделей развития. Возрастает роль интеллигенции, все активнее включающейся в исторический процесс. Именно ее представители вместе с другими выходцами из средних слоев составили в 1924 г. основу Американского народно-революционного альянса (Alianza Popular Revolucionaria Americana — APR А). Латинизированная аббревиатура этой организации — АПРА дала название философско-политическому течению — апризму.
Его основателем был перуанец Виктор Рауль Айя де ла Торре (1895–1979) политический деятель и теоретик апризма. Он начинал как марксист, признавал диалектический материализм, экономический детерминизм, классовую борьбу и первоначально не сходился с ортодоксальным марксизмом только в одном: в тактике и методах решения социально-экономических и политических проблем Латинской Америки. Применив теорию относительности А. Эйнштейна к интерпретации социально-экономических категорий, он выдвинул тезис о “пространстве — историческом времени”. В соответствии с этой концепцией, каждый социальный феномен имеет четыре измерения: три из них связаны с пространством и касаются географического местоположения, минеральных ресурсов и уровня развития, и один — с историческим временем, показывающий степень “исторического сознания”. Определяя сущность своего течения, Айя де ла Торре говорил: “Апризм — это национализм в его наиболее подлинном творческом и конструктивном проявлении”[576].
Отвергая в дальнейшем марксизм как чужеродную для Латинской Америки идеологию, апристы претендовали на выработку особой латиноамериканской теории революционного пути, специфического латиноамериканского учения. Пытаясь обосновать его необходимость, Айя де ла Торре следующим образом перефразировал известную гегелевскую триаду применительно к Латинской Америке: “тезис — капитализм, антитезис — коммунизм, синтез — апризм”.
Однако отнюдь не попытка выработки “новой” философии сделала достаточно популярным АПРА в 20-е годы. Этому движение было обязано своей политической программой, под которой в то время могли бы подписаться и многие руководители коммунистических партий и лидеры национально-освободительных движений, и те, кто возглавлял различные крестьянские и рабочие организации. Она предусматривала: “1) Борьбу против империализма США; 2) политическое единство Латинской Америки; 3) национализацию земли и промышленных предприятий; 4) интернационализацию Панамского канала; 5) солидарность с угнетенными классами и народами мира”[577].
Хотя, казалось бы, первый пункт программы АПРА не требует особых комментариев, тем не менее, необходимо подчеркнуть, что отношение теоретика апризма к империализму было весьма противоречивым. Выступая на данном этапе против США, он в то же время считал, что империализм для слаборазвитых стран является низшей стадией капитализма, а следовательно, играет такую же прогрессивную роль, какую играл капитализм при смене феодализма в Европе.
Национал-реформизм. Если апризм делал ставку главным образом на континентальную исключительность Латинской Америки, то национал-реформистские партии стран региона придавали особое значение национальной специфике. Среди этих партий наиболее значимую роль в политической жизни играли и играют народная (апристская) партия Перу, Партия демократического действия (Венесуэла), Националистическое революционное движение (Боливия), Партия Национальное освобождение (Коста-Рика), Доминиканская революционная партия. Их социальный состав весьма неоднороден: представители мелкой и средней буржуазии, крестьянства и рабочего класса, а также небольшая часть крупной буржуазии и латифундистов. С отдельными партиями активно сотрудничает интеллигенция.
Для национал-реформизма, истоки которого уходят в апризм, также чужд и неприемлем марксизм, его идеи о пролетарском характере партии социалистической революции. С точки зрения национал-реформистов, политическая партия должна быть многоклассовой, включающей весь социальный спектр, во главе с мелкой буржуазией. Только такая партия, на их взгляд, способна осуществить “национальную революцию”, представляющую собой особый этап развития. В ее задачи входит: ликвидация зависимости от “иностранных экономических интересов” посредством диверсификации экономики и индустриализации; уничтожение латифундизма путем осуществления аграрной реформы; установление системы представительной демократии; проведение независимой внешней политики и т. п.[578] Реализация всех этих направлений в дальнейшем — прерогатива “антиимпериалистического государства”, являющегося надклассовой силой и объединяющего большую часть общества.
