Мир внизу полностью

– Я встретила человека в городе, – доставая из сумки тряпицу с голубикой и два манго, рассказала я. – И мы произвели… типа бартер.

– Ничего себе. Что за человек? – Лиам нахмурился, явно беспокоясь о нашей безопасности.

– Просто… человек. С ним беременная женщина и ребенок. Он сам испугался, когда столкнулся со мной. Ну и, конечно, я на всякий случай позаботилась о том, чтобы вернуться сюда окольными путями, так что даже при желании он не мог бы за мной проследить. Зато теперь у нас есть голубика. – Я протянула ему пропитавшуюся ягодным соком тряпицу.

Лиам развернул ее, посмотрел на ягоды несколько секунд, затем рассмеялся.

– Сионна, тебе просто невероятно повезло, что у тебя есть я.

– В смысле? – насторожилась я, все еще стараясь не смотреть на его пресс.

– Тебе попался сообразительный любитель бартера. Явно понял, что перед ним – невежественная обитательница станций.

– С чего ты это взял? – не поняла я. Новая вспышка боли заставила меня прижать к виску запястье.

– Потому что никакая это не голубика, принцесса, – он вручил мне тряпицу с ягодами обратно, чтобы я хорошо их рассмотрела. – Это дьявольские бусины, как их называли у меня дома. Одной такой ягодки достаточно, чтобы лишить человека жизни.

При виде моего перекосившегося лица улыбка Лиама стала еще шире.

– Но… зачем ему было это делать? – растерянно спросила я.

– На всякий случай, – пожал плечами Лиам и вдруг тоже посерьезнел. – Слушай, у тебя вид правда нездоровый. Ты же… ты же не додумалась попробовать первым делом незнакомую ягоду на вкус?

– Конечно, нет! – Я раздраженно нахмурилась.

И…

И вспомнила кисловатый алый сок, стекавший по пальцам.

Ягоды рассыпались, отскакивая от бетонной плитки; время словно специально замедлило ход, чтобы я могла рассмотреть их отливающие перламутром бока. Я совсем не хотела, чтобы это выглядело так драматично.

В эту же секунду у меня из носа полилась кровь. Даже на симуляциях, когда мне в лицо прилетало что-то тяжелое, крови было меньше. Я подставила руки, чтобы не испачкать пол, хотя меня не должна была беспокоить чистота пола, не так ли?

Кровь потекла и из ушей, оставляя теплые полоски на шее. Вслед за этим непривычно защипало глаза – по щекам побежала горячая жидкость, и это определенно были не слезы. Кровь. Словно во мне ее было бесконечно много.

Стоило мне вспомнить о боли – и миллионы иголок впились в мозг, заставляя раскрыть рот в беззвучном крике. Беззвучном, потому что меня тут же скрутило пополам, и кровь густым потоком хлынула из моего разодранного горла на плитку, растекаясь вокруг, заполняя собой ямки и трещины, заполняя собой все.

Я почти не чувствовала, как меня положили на спину, как сунули какую-то сумку под голову, чтобы я не захлебнулась, как вкололи что-то в вену. Укол получился болезненным, эта боль показалась совершенно ничтожной в сравнении с тем, что происходило в моей голове.

Прямо перед тем, как реальность меня отвергла, словно в глупой попытке схватить безучастно разверзшееся надо мной небо, скрытое от взора десятками этажей, я вытянула руку вверх.

Рука была красной от крови.

Не в правилах Сириуса было подслушивать разговоры.

– Я думаю, на самом деле Лиам с Сионной просто сбежали вместе, – склонившись над подставкой с реагентами, поделилась юная лаборантка со своим напарником. – Запретная любовь, вот они и…

– Эта выскочка же всегда западала на парней с какими-то странностями, – тихо фыркнул собеседник, не замечая, как под локтями примялся лист с его рабочими записями. – Бывшего маргинала папа, естественно, не одобрил.

– Это так романтично! – вздохнула девушка.

– Это так ущербно… – саркастически парировал парень.

– Это так непрофессионально, – встрял Сириус, оказавшись у них за спинами.

Парочка подскочила, точно на них выплеснули по мензурке кислоты, и в другой ситуации Сириус бы даже испытал определенное злорадство. Сейчас же чувствовал лишь злость и раздражение. И, возможно, смутное сожаление, что в руках у него нет двух мензурок с кислотой.

– Если вы продолжите относиться к работе с той же степенью серьезности, – твердо сказал он, – в моей лаборатории вам делать явно нечего.

Ребята предсказуемо понурились и забормотали извинения, параллельно демонстрируя огромную заинтересованность в установке на их столе. Сириус с отвращением отвернулся от них.

Он с удовольствием прогнал бы их и без всех этих предупреждений, если бы не регламентированное количество лаборантов, которых надо было подготовить к определенному сроку. Если бы не это – вылетели бы отсюда быстрее, чем…

…чем ты примчался в радиорубку, когда услышал, что лифт Сионны вернулся на Четвертую пустым?