Мир внизу полностью

Было что-то совершенно нелепое в этом конкретном камне. Что-то абсурдное, потому что Сионна была жива. Лиам, всю жизнь проведший на Земле, тем более. Они оба были слишком крепкими ребятами для того, чтобы хоронить их вот так, раньше времени, без доказательств. Сириус не понимал, как капитан Вэль мог в этом сомневаться. Как он мог позволить сомневаться в этом тем, кто притащил сюда этот камень со склада и выгравировал на нем имена живых людей. Впрочем, в последнее время Сириус совершенно не понимал капитана.

Фирзен пришла с небольшим опозданием. Когда створки лифта разъехались, Сириус невольно отметил, что волосы девушки выглядят в этот раз не так небрежно, а заплетены в короткую аккуратную косичку. Выбритый висок начинал потихоньку зарастать ее естественными волосами – медово-русыми.

Сириус приветственно кивнул приблизившейся девушке. Возможно, чуть более нервно, чем ему хотелось бы. На самом деле он еще не совсем понимал, как смотреть ей в глаза после произошедшего.

– Хорошенький камешек. – Фирзен без труда угадала, что Сириус безмолвно созерцал до ее прибытия. – Интересно, что они будут с ним делать, когда Сионна с Лиамом вернутся домой.

– Раньше ты не была так в этом уверена, – удивился Сириус, не ожидавший такой скорой перемены в ее восприятии.

– Ну, знаешь… – Девушка прищурилась, поднимая взгляд вверх, откуда через стекло иллюминатора на них смотрела темно-синяя небесная муть. – Теперь ведь ты у руля. Ты создаешь впечатление надежного парня, вот я и решила отталкиваться от этого.

Сердце Сириуса забилось чуть быстрее, чем нужно было для нормального кровообращения. Хорошее настроение Фирзен быстро передавалось и ему, и это ощущение крыльев за спиной – почти таких же, как те, что он сконструировал для Сионны, – посетило его впервые за долгое время.

– Ты достала то, о чем я просил? – Сириус уже не сомневался в положительном ответе. Хмыкнув, девушка выудила из кармана маленький носитель в защитной пленке.

– По-моему, данные закодированы, – предупредила она, переходя на шепот. – Система делает это автоматически, так как безопасность превыше всего и бла-бла-бла, ну, ты в курсе… Но я заодно скачала десяток самых ходовых криптоключей. Думаю, один из них подойдет и расшифрует все верно… Ты же форму хранения координат помнишь?

– Это я ее придумал, – не сдержал улыбки Сириус. – Сразу после прибытия на Четвертую меня в каждом отделе по паре месяцев держали. В том числе и для безопасности довелось что-то сделать. Было это… уже около двух лет назад.

Брови Фирзен поползли вверх.

– Так мы, возможно, уже виделись!

– Полагаешь?

– У меня тогда прическа другая была, ты бы не узнал, – хихикнула девушка. – А я тебя не помню хотя бы потому, что в основные мои обязанности входило следить за тем, чтобы малышня школу не прогуливала. Я вообще в центре безопасности тогда практически не появлялась. Первые несколько месяцев моей службы были не самыми приятными в жизни, откровенно говоря.

– Потерянное время?

– Почему же. Должно же меня было что-то убедить, что я ненавижу детей.

– У меня есть младшая сестра, – зачем-то сказал Сириус. Ему вдруг живо представилось, как красная от негодования Фирзен орет вслед вылетающей из школы раньше времени Тее не бегать по станции.

– Я знаю, Сириус. Я все о тебе знаю… Ну, по долгу службы, – поспешно уточнила Фирзен, смущенно улыбнувшись. – Вообще хорошо работать в безопасности. Разве что немного скучно, потому что все самое интересное ты узнаешь быстрее прочих.

– Ты говорила, что раньше была рейнджером…

Девушка кивнула.

– А почему решила перейти в службу безопасности?

– Будешь смеяться, но именно для того, чтобы сделать свою жизнь скучнее. Чтобы в обмен на все эти – не для протокола – тупые дежурства в коридоре быть чуть более осведомленной о том, что происходит на Четвертой и за ее пределами. После того как уничтожили Двадцать Третью, меня это немного… не отпускает. – Она ощутимо сникла.

– Мне жаль, что такое произошло с твоим домом, – тихо сказал Сириус. – В последние десятилетия без происшествий мы все здорово расслабились. Ящерицы застали станцию врасплох. Это закономерно, хоть и ужасно печально…

Фирзен встрепенулась, словно от пощечины, и в ее глазах появилось пугающее колючее выражение, смысл которого Сириус расшифровывать не решился.

– Прости, – быстро пробормотал он. – Мои рассуждения тут ни к чему. Забудь, что я сказал, это было ужасно бестактно…

– Не переживай, – сказала девушка нарочито веселым голосом. – Мне пора бы перестать каждый раз раскисать по этому поводу. Почти три года прошло, как-никак, за этот период я успела потерять и брата, и лучшую подругу… Давно следовало привыкнуть к тому, что жизнь – это в том числе и постоянные потери.

Между ними повисла пауза, заполняемая разве что тихим гудением преобразователей энергии от множества солнечных батарей.