– Конечно. Как там поживает Пух? А «Возвращатель»? Ты хоть понимаешь, что ты шёл по самому краю между добром и злом? Что всё могло закончиться не так хорошо? – Ник внимательно смотрел ему прямо в глаза.
Тимур опустил голову и не ответил.
– Вот поэтому твоя мама ничего не говорила. Поэтому молчали и Крендель, и я. Своим детским порывом ты мог выдать меня, и тогда мир Элизы был бы закрыт для обычного сторожа Ника. Я держал связь с Кренделем, который, между прочим, утаил кое-что и от меня, – Ник укоризненно посмотрел на появившегося в дверях проводника. Тот смущённо отвёл взгляд. – Но всего остального ты должен был добиться сам. Для странников нет никаких поблажек, потому что каждая ошибка может стоить жизни.
– Она твоя дочь? Лисёнок? – тихо спросил Тимур.
– К сожалению, нет, – Ник устало провёл рукой по ёжику волос. – Моя дочь Ноэль.
– А королева?
– Не сложилось у нас, Тим, бывает так у взрослых. Элиза – двойник принцессы, а ты теперь знаешь, насколько они связаны между собой. Я с большим трудом нашёл Лисёнка, ещё до рождения. Её мать погибла сразу же, как только покинула роддом. От удара молнии, представляешь? Если бы не Гарт, Элиза умерла бы вместе с ней. Мне пришлось отдать малышку в дом малютки.
– Почему? Вы же могли удочерить Лисёнка?
– И попасть под неустанное око опеки? Они стали бы копаться в моей биографии, проверять, опрашивать соседей, в конце концов что-то бы всплыло, и мне пришлось бы бежать. А так я обычный дворник в доме малютки, потом неприметный сторож в Приютине. Главное, она со мной.
– Вы с ней похожи. Очень. Даже больше, чем с Ноэль.
– Правда? Хотя действительно, рыжие такие – приметные. Я её очень люблю. И Ноэль тоже. Для меня они обе дороги. Но здесь никто не знает, что Элиза – двойник моей дочери. И я прошу тебя об этом молчать. Для её же безопасности.
– Вы редко видитесь с принцессой, да?
– Очень. Мы так решили с королевой. Она моя слабость и её тоже. А слабым трон не удержать.
– Странные вы, взрослые. Зачем вам трон и власть, когда у Ноэль нет отца, который ей так нужен? – искренне недоумевал Тимур.
– Всё не так просто, Тим. Взрослая жизнь намного сложнее, существуют долг и обязанности. Королева отвечает за всю Амальгаму. Что будет с городом, если к власти придут жестокие, жаждущие денег люди? Не думаю, что тогда в нём найдётся место таким, как мы, – с грустью объяснил Ник. Потом потрепал Тимура по волосам и встал.
– А Лиана?
– Что Лиана?
– Она любит тебя, – едва скрывая эмоции, произнёс Тимур.
Ник несколько секунд молчал.
– Она? – в его голосе звучало неподдельное удивление.
– Да… Вы, взрослые, такие иногда невнимательные, – Тимур покачал головой. – Даже я это вижу.
Ник стал растерянно собирать разбросанные рапиры и перчатки. Потом сел на пол и задумчиво посмотрел в окно.
– Я не думал, что всё так серьёзно.
– Мне кажется, и Лисёнок догадывается. Она всё время пытается держать вас обоих за руки. Словно вы… это… – Тимур смутился, – семья. И просто идёте гулять. Так… по-семейному.
– Идиот! – вырвалось у Ника. – Какой же я идиот, совсем замотался между мирами. Иногда даже не понимаю, какая реальность реальнее, и кто же я на самом деле – сторож Ник или Нильс Таммсааре, и какой из миров мне дороже.
Он замолчал, обхватил ноги руками и положил голову на колени.
– Ирония судьбы. Меня не любит королева, но любит её двойник. Меня почти не знает родная дочь, но любит Лисёнок. Так где же я настоящий? – горько усмехнулся Ник.
– Там, где тебя всегда ждут, – вырвалось у Тимура, – мне так кажется. – И добавил, помолчав: – Любовь близких, наверное, самое главное.
Ник посмотрел на него и печально улыбнулся.
– Тебе ли этого не знать, Тим Бесстрашный. Всё, хватит о грустном, – он бодро встал. – Помоги-ка убраться, сегодня у меня уже занятий не будет.
– А мы с Олавом можем к тебе приходить?
– Он ещё спрашивает! Да я из вас настоящих бойцов сделаю. Веришь? – Ник внимательно посмотрел ему в глаза.
– Верю.
– Нам нужно поговорить, – Тимур дождался Ника после тренировки.
Прочитав письма матери Ларсу, он долго думал, стоит ли кого-то ещё посвящать в детали этого дела, но, посовещавшись с Кренделем, всё-таки остановился на том, что без Нильса Таммсааре не обойтись.
Первым порывом Тимура было обратиться к Петерссону. Правда, стоило вспомнить тяжёлый взгляд капитана, как желание исчезло. Тем более объяснение было бы не из лёгких. Да и стал бы слушать его капитан? После смерти Агаты прошло несколько лет, а он даже не интересовался жизнью её сына, кроме тех моментов, которые касались служебных обязанностей.
Тимур рассказал Нику обо всех деталях, связанных с Э. С., с которыми он сталкивался в своих расследованиях, про капитана, про двойника Тартаскони, про письмо Агаты. Он старался не сбиваться, а чётко придерживаться хронологии событий. Ник слушал не перебивая, и с каждой минутой его лицо становилось всё мрачнее.
– Ты хочешь сказать, что похищение Ноэль тоже организовал Эдвард Спрут? – спросил он.
