Фраза резко контрастировала с только что полученными сведениями. Враг анализировал мое поведение, пусть и на животном уровне. Он истекал кровью и был вполне привычной для человека температуры. От чего же тогда Реймс, будучи опытным магом, называет их не живыми?
— Их Исток не активен, энергия не циркулирует по телу. Небольшой резерв сохранился в мозгу, но он слишком незначителен, так что даже вблизи рассмотреть будет трудно.
— Значит, я предположил верно… — Обтерев крест о лохмотья покойника, закидываю его обратно в свободный кармашек нагрудного ремня. — Убить можно только повредив мозг.
— И откуда такие предположения? — Реймс, вроде как в шутку прищурился, подходя ближе.
— Наши земли богаты знаниями о методах борьбы с нечестью. — Отвечаю, слегка пожимая плечами, намекая на отсутствие желания дальнейших пояснений.
— Игни. — Леди Жозин напомнила о своем присутствии. — Так значит вы из пограничных земель?
— Что вы, леди. От моих земель до границы больше трех месяцев пешего перехода. — Наслаждаясь видом в очередной раз округлившихся глаз, вынужденно возвращаю диалог в нужное русло. — И нет, предвосхищая ваш вопрос. Учитывается скорость хода обычного человека, а не одноногого инвалида. Но сейчас важно другое, что там?
Спутники синхронно обернулись в сторону чернеющего дверного проема, на который я указал пальцем. И без того не самое приятное место, в воцарившейся тишине, казалось, еще более жутким.
— Там общий жилой дом, где была размещена вся прислуга. — Жозин подошла ближе к телу женщины и внимательно на него посмотрела. — Но этих двоих я не узнаю. Может быть, мой покойный муж, нанял их совсем недавно?
— Предлагаю проверить. Держитесь за мной. — Спустя пару мгновений магическое поле, окружающее советника, мигнуло. А затем и вовсе начало излучать слабое свечение, не достаточное для вызывания рези в глазах, но вполне подходящее для разгона сумрака в темном помещении.
Картина, открывшаяся нам внутри, потрясла воображение полным отсутствием любых следов как борьбы, так и живших здесь ранее людей. Единственное, что выделялись из общего унылого однообразия — упавший стеллаж с глиняными тарелками. Подозреваю, что именно он и предупредил нас о затаившейся опасности. Вот только зачем она, эта самая опасность, полезла за тарелками? Готовилась к знатному ужину, используя нас в качестве главного блюда?
Не меньший интерес вызывали и аккуратно заправленные кровати, а также отсутствие мелких личных вещей на прикроватных столиках. Ни гребешков, ни забытых ключей, ни грязных носков, в конце-то концов.
— Собирались явно не в спешке. — Выдаю заключение, отшвыривая из-под ноги осколок керамики.
— И уходили надолго. — Согласился с моими рассуждениями Реймс. — Что скажешь, Жозин?
— Я здесь не причём. Совсем не понимаю. Не знаю, что случилось. — Девушка выглядела озадаченной, или, по крайней мере, пыталась так выглядеть.
— Когда вы видели рабочих в последний раз? — Если не удается решить загадку нахрапом, следует проявить дедуктивный метод.
— За день до штурма нашего поместья. — Последовал ответ, после короткого раздумья.
— Реймс?
— Во время штурма прислуги в поместье не было. — Советник кивнул, подтверждая слова хозяйки поместья.
Любопытно. Или Дорасил готовился к прибытию средневекового ОМОНа и увел своих людей из-под удара, или же просто избавился от свидетелей. Оставался, конечно, и третий вариант, при котором Эниль планировали заложить своеобразную «зомби-бомбу» в Дегрофе, после чего благополучно свалить в закат, предварительно отправив прислугу обживаться на новом месте. Вот только рассчитывать на знания Жозин не приходилось, а Дорасил выглядел не слишком-то сговорчивым даже при жизни. А уж как изменился его характер после смерти…
Окинув комнату внимательным взглядом, от пола и до потолка, не нахожу ничего хоть сколь бы то ни было интересного. Простая деревянная мебель, пригодная для эксплуатации разве что в деревнях и аварийных бараках современности. Кривоватые столы, ни разу не знавшие внимания уровней. Стулья, сидушки которых угрожающе ощетинились потенциальными занозами. Стеллажи, с накиданными кучей приспособлениями в виде клещей, ножовок, топориков и ведерок. Инструменты, к слову, за редким исключением были выполнены из бронзы. И лишь изредка встречались экземпляры из железа и камня.
На стенах висели самые настоящие фонари, оставляющие следы в виде копоти на стенах, однако затушенные в данный момент. По центру комнаты лежал полуистёртый половичок, практически не скрывающий дощатый пол.
— Если гора не идет к Магомеду…
— Разве горы могут ходить? — Тут же реагирует на мою реплику Жозин.
— Могут. Если Магомед выпивает — у него не только горы ходить начинают, но и количество деревьев в лесу увеличивается вдвое. — Комментарий оказался явно по душе советнику, пробирая его на смех, от чего даже светящееся защитное поле пошло рябью и начало отбрасывать причудливые тени.
