…Не торопи коня, в конце одной дороги другая, и се без счету; избавишься от нынешних бедствий, одолеют завтрашние. Вчера проклинали Олга, сёння пугались его смерти, гадая, кто наследует, и повторяли старинное речение: «Молоды князь власть поймет, напрасные головы сымет, а стары заправит, напрасные головы приставит». Варязи говорили: «Торволд не млад, не стар, ему доверимся». Словень же в своем доме мечтала о лавке; иные хотели деревляньского князя Мала, иные полотьского Ярополка.
Рече к Игру Олга: «Теперь внемли каждому слову (моему), иначе лишишься живота». И послушал Игр. Не пошел в Кыев гонцом, но остался встречати хозяином; не ударился лоб о лоб с соперниками, но стал судити издали, остужая их ярость и умаляя силу. Послал (Игр) по всем градем, говоря, быццам пред кончиною просил Олг погребти прах в Ладожи. И съехались в Ладожь князи и старейшины со всей земли, и пришли от волхвы с Ильмень-озера, и от всея Руси, и от хакана, и от корсуньцев, и от болгар, и от протчих, населявших мир и украшавших его деяниями. И были
Торволд и Ярополк, и Мал деревляньский, удивлявший красотою, но еще болып дерзкой храбростию и смело-стию: задней мысли (ни от кого) не таил и желаний не прятал по обыкновению человецей. Тризновали три дни, и угощал Игр, и щедрость была без границ, обычно же скупился. Рече на пиру Свиналд к Олге: «Все тут собрались, госпожа моя, и без дружины, опоясаны же мечемы самые знатные; у мя пятьсот мужей на коне». Отрече Олга, смеясь: «Пагубное на уме. Нарушим обычай, сложатся супроть (нас), кто выручит (тогда), твои ли пятьсот?» Ходили же серед застолья люди, подкупленные Олгой, и доносили (ей) о хмельных и неосторожных глаголах.
Половина удачи – ведати час деяти.
Рече Олга: «Назовут князем Торволда, коли не поспешим». И встал серед пира Игр, и сказал: «Подымем поминальные чаши ео здравие любивших Олга». И сам обнес круговую, а Торволду чашу не наполнил. И поразились мужи, Торволд лее столь оскорбися, что не нашелся стветити. И настал час расходитись, пачало уже пустети притомленное трпзнище. Рече Игр: «Завтра в полдень решим здесь о князе, приходите». И вскочил с песта Торволд и, схватив Игра за одежды, вос-клица: «Се неслыханно и позорно! По обычаю (это) предлагает владыко владык, ныне слышим от тя, не-удого [96], не посвящена волхвованию, не знакома ни дружине, ни гридям!» И случилась свалка, и люди Игра обнажили мечи против людей Торволда, и были убитые и изувеченные. Торволд же, сбив кулаком Игра, встал (ему) коленом на грудь, требуя (взяти) назад дерзкие словы, его же оттащили. И разошлись мужи, ке ведая, приходить или не приходить на думу; и опасались, что решат без них и впредь нуждаться не станут, н склонялись придти, – тако ведь и рассудила Олга. II всю ночь пекла хлебы на грядущий день. Позвала деревляньского князя Мала и сказала от Игра: «Час решения наступил, поддержи супроть Торволда, получишь, что пожелаешь». «Хочю сам княжити, – сказал Мал. – Дайте Кыев, не то отниму силою. Просила варязей Полнощная Словень, таможде и сидите «. И поклялась Олга, что Игр отдаст Кыев, если поможет Мал. Рече Мал: «Кыев стоит бесчестия (моего), вспо-могу. Лще обманете, не имать остати камень на камне от вашего княжения». И ушел. И молвила Олга вослед, како вестят сведущие: «Мне бы (такого) господина, владела бы миром». И послала Свиналда по гридем, кые оставались в Ладожи и Новгороде, дав шестьсот гривн на подкуп: «Твоя судьба в твоих руцех, а ночь на исходе. Содеешь, како велю, воздастся сторицею». И пришел челядин к Олге, и рече: «Вот, госпожа, будили Ярополка, князя полотьского, по желанию твоему. И не добудились». И поехала сама, и разбудила, стуча в вороты: «Все уже за нас, выбирай». Отрече Ярополк: «Подлому выбирати до смерти, у мя нет колебаний. Пойду за Торволдом». И стращала Олга, и прельщала, и поняла, нашла коса на камень; прямому ведь и хитрость не вредит. И поехала к послам Руси, уже перед рассветом; Ярополк лее поспешил к Торволду. Рече Торволд: «Теперь не кзбежати брани промеж племёны словеньские и варязи. Давно просят (тебя) дреговичи, возьми и их под княжью руку, умножится твоя сила, и мне в нуждех дономога». И отослал Ярополка, не ведая, что измена уже кругом, и надеясь на малую дружину, шедшую из Кыева в Новгород.