Позади нас раздаются лёгкие шаги. Оборачиваюсь и вижу Иерофанта — Шэндалию. На бирюзовом кристаллическом теле видны трещины, но осанка всё так же величественна.
— Я могу показать, где он хранит артефакт, — говорит она ровным голосом, хотя в глазах читается напряжение. — Следуйте за мной.
Несколько минут мы осматриваем тронный зал — огромное помещение с колоннами, когда Шэндалия останавливается у дальней стены. Лёшка указывает на еле заметную щель:
— Смотри! Там.
— Скрытая дверь за троном, — кивает Иерофант. — Почти невидимая в общем рисунке стены.
Створка поддаётся без сопротивления, словно ждёт нас. За ней — узкий коридор, погружённый во мрак, потому что
Шэндалия внезапно останавливается на пороге, не делая шага внутрь. Её тонкие пальцы сжимаются в кулаки, а взгляд становится отстранённым.
— Дальше я не пойду, — говорит она, и в её голосе я слышу отголосок страха — впервые за всё время нашего знакомства.
— Почему? — Лёшка изумлённо смотрит на неё.
Шэндалия встречается со мной взглядом:
— Я уже дважды ошиблась с этой силой — сначала когда помогала Кар’Танару, затем когда пыталась исправить это ужасными экспериментами. — Она делает глубокий вдох. — Теперь я доверяю решение вам. Ваши сердца чище моего. Я надеюсь…
— Ты можешь пойти с нами, — предлагаю я. — Втроём безопаснее.
Она качает головой:
— Нет. Один взгляд на Сердце… и я боюсь, что не устою. Искушение слишком велико, — её глаза сверкают в полумраке. — Сделайте то, что должно быть сделано. Я буду ждать здесь.
Киваю, понимая её страх. Страшнее всего не те демоны, которых мы никогда не встречали, а те, которых мы уже однажды впустили в себя.
Мы с братом продолжаем путь вдвоём. Воздух здесь пахнет озоном и чем-то сладковатым, неживым.
— Ты чувствуешь? — морщится Лёшка, принюхиваясь. — Как в морге…
— Да… — соглашаюсь я, машинально проверяя оставшиеся патроны в револьвере. Пять штук. Должно хватить для любых сюрпризов.
Коридор выводит нас в круглое помещение с высоким сводчатым потолком. В центре на постаменте парит… нечто. Сгусток чистой энергии, переливающийся всеми цветами радуги, пульсирующий, как живое сердце. Вокруг него вращаются многочисленные кольца со знакомыми символами шрифта Сопряжения, непрерывно меняющими свою форму.
— Это оно? — выдыхает Лёшка, не отрывая взгляда от завораживающего зрелища.
— Да, — уверенно киваю, делая шаг вперёд. — Сердце Мироздания. Артефакт Предтеч, способный переписывать саму реальность.
На удивление
Протягиваю руку к пульсирующему сгустку, но останавливаюсь в нескольких сантиметрах. Что-то не так. Что-то… шепчет. Не голосом, а прямо в сознание, минуя уши.
«…Наконец-то… освободитель… слишком долго ждал…»
— Ты это слышишь? — оборачиваюсь к брату.
Тот напряжённо кивает:
— Да, слышу. Кто-то… внутри?
Снова обращаю взимание на артефакт. Приглядевшись повнимательнее, замечаю внутри пульсирующего сгустка смутный силуэт, словно заключённый в янтарь.
«…Я Эштарива́н… последний из Творцов… тех, кого вы называете Предтечами…»
— Почему ты не уничтожил Кар’Танара? Почему позволил ему творить всё, что он желал? — спрашиваю, не скрывая злости в голосе.
«…Вмешиваться не моя функция. Ограничения. Должен наблюдать, направлять, помогать. Боролся с собой. Пытался помочь…»
— Помочь как? — наклоняюсь ближе к пульсирующему сгустку.
«…Я создал Нуллификаторов… чтобы остановить… но поздно… слишком мало… слишком медленно…»
— Ты же видел, что одних Нуллификаторов недостаточно? Он убивал их задолго до того, как они обретали силу.
«…Да… Наставлял потомков… Ультхаков… План… Седьмой раз… Ключевой…»
Всё встаёт на свои места. ВечноЦвет упоминала какого-то союзника во время нашей первой попытки взять штурмом дворец. Получается, это Эштариван позаботился о том, что в тот раз мои друзья оставались на этой планете до конца сражения, хотя те, кому они бросили вызов на дуэль и погибли в бою с кселари.
Лёшка подходит ближе, заворожённо глядя на артефакт:
— Спроси, можно ли его как-то освободить?
Не успеваю я сформулировать вопрос, как голос передаёт мне спокойствие и смирение.
«…Нет… Таково моё… предназначение…»
Сердце Мироздания начинает пульсировать ярче.
«…Прикоснись… возьми силу… стань новым хранителем…»
В горле пересыхает.
— Егор, — голос брата звучит предостерегающе, — подумай хорошенько. Это слишком большая власть для одного человека.
Киваю, понимая его опасения, но выбора нет — только с помощью артефакта можно навести порядок. Делаю глубокий вдох и касаюсь пульсирующего сгустка.
Мир взрывается калейдоскопом образов, звуков, ощущений. Я вижу рождение звёзд и их смерть, возникновение первых форм жизни и ввод Сопряжения на тысячах планет. Вижу стройную систему Телепортариумов, объединяющую галактики. Вижу юные цивилизации, впервые шагающие к звёздам. Вижу народ альфар ещё до их разделения на две ветви…
