– Это не значит, что если ты предложишь весь месяц кутить по злачным местам с обильными возлияниями, продолжая отмечать мое поступление, то я соглашусь. Да и прогулки по кладбищам меня не вдохновят, – открестилась от сомнительного удовольствия Мира. За пол месяца она успела изучить темную достаточно хорошо, чтобы иметь представление, что в ее понимании является отличным времяпрепровождением. До этого Миру спасало только то, что ей нужно было готовиться к экзамену. И вот загадка: Тина Эвабин была из знатной семьи и до поступления на темный факультет подобных наклонностей не проявляла. Что было тому виной: дурная компания (насколько можно назвать так Тима и Дрейка), приобретенный дар или все вместе?
– Эх, нет в тебе духа авантюризма…
– Да, действительно, откуда во мне дух авантюризма? – голос Миры сочился сарказмом. – Я же всего лишь обычный человек, который по ошибке одного студента-маньяка попал в мир, полный магии, и вскоре поступил в академию на темный факультет. О каком авантюризме вообще может идти речь?
– Ну ладно, ладно, – сдалась Тина. – Я всего лишь хочу пригласить тебя погостить в наше загородное поместье: отдохнем, наберемся сил перед учебным годом. Все равно сейчас все разъедутся: практики все закрыты, начались каникулы. Тим и Дрейк тоже приедут на пару дней погостить, а потом разъедутся по домам.
– Звучит неплохо, но только при условии, что ты будешь меня и дальше просвещать о культуре вашего мира. Не хотелось бы сделать глупость по незнанию. Только без книг, умоляю!
– Хочешь сказать, что глупости делаются по знанию? Ладно, ладно, я просто придираюсь к словам. Но на твое условие согласна.
Экипаж остановился, кучер открыл дверь и помог девушкам выбраться. Снаружи управление магического порядка не оказывало столько гнетущее впечатление, как изнутри: обычное здание с фасадом из серого камня. Тина уверенно поднялась по ступенькам и Мире ничего не оставалось, как пойти следом.
В большом светлом холле их встретил дежурный и уточнил цель прибытия. Мира вытащила из рюкзака письмо и протянула его мужчине, но тот отпрянул как от огня.
– Не думайте, что она желает вам зла, – торопливо вмешалась Тина. – Просто она не местная…
– Мирослава Вставская? – лицо дежурного сразу посветлело. Дождавшись робкого кивка ничего не понимающей Миры, мужчина продолжил. – Вам надо на третий этаж, вторая дверь налево.
Тина поблагодарила и потащила Миру в указанном направлении.
– Да уж, ты права: просвещать тебя еще и просвещать. Понимаешь, – темная соблаговолила прояснить ситуацию только между вторым и третьим этажами, убедившись, что рядом никого нет, – чужие послания читать нельзя: может так приложить магией, что мало не покажется. Говорят, даже бывали летальные исходы – зависит от силы того, кто писал послание. Поэтому можно всегда рассчитывать, что твои записки никто посторонний не прочитает.
– Вот только вряд ли подобный фокус мне удастся, да? – грустно спросила Мира, заранее зная ответ.
– Кто знает, – пожала плечами Тина. – Вдруг магия все же посчитает тебя достойной и придет к тебе, как это случилось со мной.
Дальше они шли молча. У кабинета девушки переглянулись, словно решая, что делать дальше. Ответ конечно был прост: надо постучаться, но ведь для этого надо набраться смелости. Внезапно дверь открылась: девушки от неожиданности синхронно отступили на шаг назад.
– А, пришли, – кивнул уже знакомый Мире по допросу офицер – именно он встречал ее в зале телепортаций. – Проходите.
Воспользовавшись тем, что ее никто не стал останавливать, Тина тоже вошла в кабинет, решив поприсутствовать в качестве моральной поддержки. Ее, кстати, на допрос по делу Геральта Грина так и не вызвали.
– Присаживайтесь, – лейтенант Крайн кивнул на свободные стулья и принялся перебирать бумаги на столе. – Где же, где же?.. А, вот же они. Госпожа Мирослава, лорд Трибурт прислал запрос, что на ваше имя необходимо сделать дул. Почти все готово, мне нужна только дата вашего рождения.
– Что сделать? Дул? – переспросила Мира.
– Документ, удостоверяющий личность,
– Ааа. Дата рождения – двадцать восьмое марта тысяча девятьсот девяностого года, – ответила Мира, приятно удивленная заботой ректора. Ну и чего таить, вздохнула с облегчением, что дела Грина это никак не касается.
– Кхм, – было заметно, что офицер немного растерялся, но пытается это скрыть. – Вам же двадцать шесть полных лет, так?
– Да.
– Хорошо, а март – это месяц? – еще уточнил офицер. И только сейчас до Мирославы дошло, что в этом мире используется другое летосчисление. И месяцы называются по-другому. Хорошо хоть количество дней в неделе и недель в месяце совпадало.
– Да, это первый месяц весны, – пояснила девушка.
