Рональд Рейган, будучи превосходным актером и любивший «на своем поле» играть роль радушного хозяина, обычно избегал тактики давления на собеседника во время переговоров. Эту неблагодарную работу брали на себя его министры во время встреч со своими визави, проходивших параллельно. Тем более что монарх Саудовской Аравии уже явно принял решение пойти навстречу американским геополитическим интересам и лишь как мудрый восточный человек собирался выторговать себе за это наилучшие условия.
Король знал, что рядом с границей его страны, на юге Аравийского полуострова, в Йемене, прямо сейчас вовсю проходили подготовку боевики, планировавшие свергнуть династию Саудов с престола. Король знал, что иранские военные самолеты уже получили приказ аятоллы бомбить саудовские нефтяные танкеры в Персидском заливе. И йеменцев, и иранцев могли остановить только Штаты. Он также знал о том, что единственный шанс моджахедов выстоять в Афганистане под напором намного превосходящей Советской армии в том, чтобы как можно скорее получить новейшее американское чудо-оружие — переносной зенитный комплекс «Стингер». Из этой небольшой трубы, весом всего в несколько килограммов, мог стрелять любой, даже необученный человек, и все равно ракеты с уникальной системой самонаведения с убийственной точностью поражали самолеты и вертолеты противника. Король Фахд также отдавал себе отчет в том, что накопленные суверенными саудовскими фондами миллиарды нефтедолларов надо было не хранить в кубышке, где их бы постепенно «съела» растущая инфляция, а инвестировать в компании растущей американской экономики, обещающие высокие барыши, для чего было необходимо срочное снятие барьеров, ограничивающих приток арабских денег.
Саудовский монарх совершенно открыто, почти с детской непосредственностью озвучил Рейгану все свои желания (или требования), в конце концов добившись радушной улыбки хозяина и согласия, хоть и с серьезными оговорками, по всем пунктам. Эта была одна из тех сделок, после которых обе стороны чувствуют себя бесспорными победителями.
Разумеется, рост нефтедобычи в Саудовской Аравии произошел не сразу — ведь монарху нужно было еще и сохранить свое лицо перед всем, и особенно арабским, миром. Прошло почти полгода с тех пор, как в августе 1985-го, когда новый и относительно молодой советский лидер Михаил Горбачев заявил на весь мир о политике перестройки и модернизации страны, Советский Союз получил невосполнимый в той ситуации «удар в спину». В течение всего трех месяцев Саудовская Аравия «внезапно» нарастила объем добычи своей нефти в пять раз, после чего цены на нее рухнули с тридцати пяти до двенадцати долларов за баррель. Многолетний приток нефтедолларов в социалистические страны почти иссяк, и деградация их экономик приняла, как показало будущее, уже необратимый характер. Афганские моджахеды получили первые «Стингеры» через год. Советские войска стали терять так много авиации, что им пришлось отказаться от контроля над всеми горными районами страны, а еще через три года — бесславно уйти из Афганистана. В том же 1989 году рухнула Берлинская стена. Не только в Польше, как планировали в ЦРУ, но и во всех остальных странах Восточной Европы коммунистические режимы сошли со сцены бескровно и в одночасье. В 1991 году произошел и распад самого СССР. Замок на песке, возможно самый грандиозный в истории, рассыпался словно карточный домик.
На карте мира теперь не осталось буквально ни одного важного места, которое осталось бы вне контроля со стороны американской финансовой элиты. Власть Федеральной резервной системы и ее сателлитов впервые в истории стала поистине всемирной и абсолютно ничем не ограниченной.
Наступила новая эра человечества.
Агенты, сопровождавшие Джека в аэропорт Шарля де Голля, старались держаться дружелюбно — в автомобиле предложили ему баночку кока-колы, а также вручили билет бизнес-класса в Вашингтон. Но до самой посадки они не отходили от него ни на шаг. По прилете в столицу они втроем быстро прошли таможню через отдельное помещение, миновав бесконечную очередь к окошкам, а затем проводили Джека в оплаченный номер отеля «Хилтон». Оттуда он позвонил своему отцу, надеясь, что тот приедет повидаться с ним, но отец оказался в командировке. Тревожное чувство одиночества снедало Джека весь вечер.
