— Великий магистр, лично я не сомневаюсь, что мы добьемся успеха. Кстати, в судьбе моего босса и римского папы теперь много общего. Этой весной, почти одновременно, они пережили страшные покушения на их жизнь. В обоих случаях в них стреляли, они оба потеряли так много крови, что врачи-реаниматоры, учитывая их преклонный возраст, сомневались, что их вообще удастся спасти. И тем не менее оба не только выжили, но и чудесно быстро оправились от ранений, одновременно став еще более почитаемыми своей паствой.
— Да, это так. Разумеется, это промысел Божий, который защищает нас, как и весь мир, от темных сил. Наш орден всячески поддерживает и даже во многом обеспечивает контакты между президентом США и папой. Они уже давно переписываются друг с другом, а в следующем году состоится их встреча. Надеюсь, что на ней они объявят всемирный Крестовый поход против коммунизма. А вы, Уильям, не забывайте, что на церемонии посвящения поклялись в том, что мощь вашего ведомства отныне будет направлена на свержение безбожного строя в России. Держите меня в курсе основных событий, и особенно если вам нужна будет помощь от меня.
Тьма накрыла Вечный город на семи холмах. Опустели Форум и Колизей, хотя туристы все еще толпились у фонтана Треви, весело бросая в него монетки, и поднимались по высоким ступеням барочной Испанской лестницы. Светящиеся кварталы летнего, оживленного вечернего Рима были еще более восхитительны, чем днем, в испепеляющую жару. Никто не догадывался, что именно здесь, в этот день, маятник всей истории XX-го века стал раскачиваться в обратную сторону.
Уильям Кейси возглавлял ЦРУ до окончания второго президентского срока Рейгана. О его энергии и решительности в этом ведомстве даже спустя многие годы ходили легенды. За восемь лет его почти не видели сидящим в кресле в кабинете. Его главным офисом был «Локхид Старлифтер», американский военно-транспортный самолет, на котором Кейси без устали, порой по несколько суток почти без сна перемещался по всему миру, лично присутствуя во всех горячих точках планеты, но особенно часто — на Ближнем Востоке, в Саудовской Аравии и Пакистане. Вклад этого человека в крушение коммунизма в восьмидесятых невозможно переоценить.
«Карфаген должен быть разрушен». Эту фразу сенатор Марк Порций Катон, ветеран Второй пунической войны, повторял как заклинание десятки лет подряд в каждом своем публичном выступлении. «Коммунизм — зло. Советский режим, угрожающий всему свободному миру, должен пасть». Примерно эти слова 40-й президент США Рональд Рейган повторял во время любой политической дискуссии, даже с ближайшими соратниками и подчиненными, которые слышали это уже множество раз, причем еще задолго до того, как в 1983-м, после сбитого корейского «Боинга», Рейган публично, на весь мир назвал Советский Союз «Империей зла».
Перед Рейганом, сидевшим за массивным дубовым столом в довольно тесном кабинете в большом по площади, но внешне очень неброском здании ЦРУ на Вашингтон-Паркуэй, лежала тонкая голубая папка. В ней была подборка секретных отчетов по теме, которую он адресовал силовым министрам своего правительства и советникам. Президент как никогда внимательно ознакомился с представленными отчетами и пригласил их авторов обсудить эти донесения в доверительной личной беседе. Официальные мероприятия в Белом доме почти всегда строго протоколировались, но здесь, в Агентстве, абсолютно все встречи проводились в формате off the record — не для записи.
