Наруто сидел на земле по-турецки и задумчиво сверлил взглядом стену в своем убежище. В последние несколько дней он экспериментировал со сном и явью, и результаты оказались очень интересные. Самое главное — он не переносит из сна ни повреждений, ни увечий. Это касается и переноса из яви в сон. Та же история с предметами, он не смог взять с собой вообще ничего. Единственная вещь, которая была общая между мирами — СЦЧ и только в одностороннем порядке. Узумаки обнаружил, что после интенсивных тренировок с чакрой наяву, во сне эти изменения не пропадают, но наоборот, слава Ками, не работает. То есть, результаты тренировок наяву отображаются и во сне. Проверить как влияют физические упражнения было весьма затруднительно и мальчик решил забить на это. Поэтому он выработал следующую систему тренировок: во сне он ставит себе удары, изучает приемы чакры и учится сражаться, а наяву вкалывает до седьмого пота.
До заката было еще далеко, скорее всего — время тут течет очень странно — и мальчику надо было придумать чем себя занять. Бесполезность разминок он уже доказал, а естественных потребностей он тут не испытывал. Лучше всего было придумать новую тактику,ведь после каждой смерти Наруто терял десятую часть душ, из-за чего едва-едва выходил по ним в ноль, а надо было набрать фантастическую сумму в семь тысяч душ! Да еще гвоздей поискать надо бы…
Ночь выдалась облачной и ветреной, поэтому ничто не мешало шиноби в его нелегком деле. Неосторожные прохожие послушно гибли от рукотворного точечного камнепада и никакая гадость не лезла познакомиться с ним поближе. Соблюдая максимальную осторожность, Узумаки крался от одной тени к другой, стараясь слиться с поверхностью. Этой ночью он даже рискнул сунуться в незнакомый дом и навел там «порядок», поубивав ничего не ожидающих пустых. Это оказалось гораздо проще сделать, так как пустые, видимо, плохо видят в темноте, а Наруто учили этому в академии первым делом.
Сейчас мальчик крался по скату крыши, подбираясь к стоящему впереди силуэту. Бесшумно ступая, шиноби подбирался все ближе и ближе к жертве, чтобы привычным движением либо воткнуть гвоздь в почки, либо в шею, но тут черепица предательски хрустнула под ногами и Наруто, выругавшись про себя, кинул гвоздь в голову противника. Сама же предполагаемая жертва мгновенно развернулась и кинула в мальчика чем-то круглым. Гвоздь с металлическим звоном отлетел от шлема, а вражеский снаряд попал в растерявшегося парня и облил его чем-то белым.
— Бе-е, — содрогнулся Наруто и поднырнул под диагональный взмах очень тонкого прямого меча. Противник из-под шлема внимательно осмотрел Наруто, поднес меч к лицу и зачем-то его облизнул.
Сбитый с толку мальчик наклонил голову на бок и это спасло ему жизнь, так как после внезапного прямого выпада клинок оказался возле его уха. По спине у Узумаки пронесся табун мурашек и он шагнул вперед, ударив в бок кулаком. Разумеется, под рваным плащом звякнула кираса. Наруто присел, пропуская удар локтем в лицо, и сам ударил в пах. Опять же железно звякнули доспехи. «Даже там?».
Прямой удар в челюсть невооруженной рукой застал его врасплох и дал время странному любителю тонких мечей, чтобы проткнуть Наруто в сантиметре от сердца. Сглотнув, мальчик снял себя с клинка. Сталь неприятно оцарапала ребра. Разорвав дистанцию сальто назад, Наруто отхлебнул из бутылочки… и ничего не произошло. Всё, что он увидел — стремительно приближающееся острие четырехгранного клинка к его глазу.
— Биджу, надеюсь тот засранец не испортил мне флягу. И я ненавижу доспехи. Да, доспехи, арбалеты и собак.
— Держи, парень, это все тебе, — похлопал по стопке ящиков высотой в два Наруто дежурный шиноби архивов. — Распишись тут и тут, — он протянул мальчику ведомость на деревянном планшете.
— Спасибо, — с сомнением протянул мальчик и ухватился за верхний ящик. Его работа заключалась в том, чтобы время от времени таскать вот такие ящики рассекреченных документов из первого подземного этажа башни Хокаге в отдельное здание никому не нужных архивов буквально в пятидесяти метрах отсюда. Акияма-сан был уже слишком стар, чтобы таскать эту груду макулатуры, а должность помощника была… не настолько привлекательна, чтобы туда устраиваться. Только не для Наруто. Мальчику работа, в принципе, нравилась, таская тяжести он немного тренируется, да и нечасто требовалось что-то перенести, плюс денюжка капала. Он работает всего третий день, а уже с нетерпением ждет первой получки.
Перетаскав все три ящика туда, куда скажет старик, наступала вторая, не самая веселая, часть его обязанностей: списанные данные необходимо было достать из ящиков и рассортировать по какому-то принципу. Выглядело это так: Наруто доставал очередной свиток из ящика, старик смотрел его и говорил куда отнести.
— Да не туда, а в В-25, бака! Это на три ячейки правее! — это был обычный «диалог поколений», мальчик каждый раз вздрагивал и старался выполнить всё в точности, но старика вечно чего-то не устраивало и Узумаки его побаивался.
