За дверью оказалcя маленький служебный туалет. Мишка заперла дверь и устроилась на закрытом унитазе. Уже второй раз за день она сидела с телефоном в туалете.
Мишка вздохнула, нашла нужный контакт и замерла, разглядывая цифры. В последний раз, когда она созванивалась с девушкой, которая пыталась ее взорвать, вокруг была не желтая плитка, а заполненная дымом и гарью кухня маленькой московской квартиры. Глядя на номер, записанный в телефоне как «Софья-Оса», Мишка будто перенеслась туда снова. Почувствовала запах, услышала звон, который заполнил голову сразу после взрыва. И вспомнила, как Оса сказала: «Прощай».
– А вот и не прощай. – Мишка нажала на зеленый значок и поднесла телефон к уху.
Соня улыбнулась. Сама как раз собиралась набрать детективку. Даже вспомнила, как сказала ей: «Прощай». Сначала вживую, когда думала, что та подорвется вместе с братом. Потом еще раз по телефону, и тогда уже думала, что теперь точно навсегда.
– Алло? – сказала Соня. Телефон она положила на стол, чтобы не держать его у уха. На столе были разложены пакетики с Двоицей и ингредиенты для взрывчатки. Она собрала две небольшие бомбы на всякий случай, когда только приехала в Питер, а теперь хотела пересобрать их, сделать снаряды поменьше и поместить при входе в «квартиру» в качестве растяжек, так, на всякий случай.
«Квартира» у Сони была знатная, не то что две комнаты в Москве. Через знакомого Соня нашла заброшенный лофт, порезанный на небольшие квадраты офисными перегородками. Невысокие перегородки даже близко не доставали до четырехметрового потолка. Чтобы выйти из лофта, Соня проходила через узкую дверь в такой же узкий коридор, который петлял мимо двух туалетов и маленькой комнаты с заколоченными окнами, и спускалась по лестнице на два пролета. Первый этаж здания был совсем необитаем, потому что там, в идентичном лофте, все стекла были выбиты и по основному залу гулял холодный ветер. Прямо за окнами, на пару метров ниже подоконников, текла река – поэтому в лофте, даже на втором этаже, все время пахло тиной.
– Привет, – сказала в телефоне детективка, – поговорим?
– Поговорим, – сказала Соня. Баба учила, что прежде, чем приступить к сбору взрывного устройства, нужно обязательно выписать все запланированные шаги на отдельный лист бумаги. Соня много практиковалась и заряд для растяжки могла бы собрать с закрытыми глазами, но обительские уроки из головы выветривались плохо, поэтому, разложив все на столе, она взяла карандаш и стала размечать на блокнотном листе этапы работы.
– С тобой, – сказала детективка, – я буду разговаривать только вживую. Так что давай, приезжай.
Соня покосилась на телефон, покачала головой.
– Не уверена, – сказала она, – что это хорошая идея. Мы можем все обсудить так, нет?
– Нет, – сказала детективка. Голос у нее был злой, и Соня подумала, что пропустила что-то в новостях. Она уже прочитала про убийство дилера у «Б-Гемы», но ей было непонятно, почему это так взбесило маленькую детективку. Неужто она так переживала все свои неудачные операции?
– Прости, – сказала Соня, – но приехать я не могу. Могу так ответить на вопросы.
– Я сейчас в больнице, – сказала детективка. – Твой брат с топором отправил сюда мою соседку.
Соня вздохнула. В новостях говорилось, что убийца еще напал на какую-то девушку, но Соне даже в голову не пришло проверить, случайная ли это прохожая.
– Мне очень жаль, – сказала она. – Я надеюсь, твоя соседка скоро поправится. Она поправится?
– Поправится, – сказала детективка. – Но, если ты хочешь дожить до того, как она поправится, советую быстро сюда приехать.
– Почему? – спросила Соня.
– Во-первых, – сказала детективка, – потому что мы обе знаем, что если убийцу с топором не остановить, то в конце концов он до тебя доберется. А во-вторых, если ты не станешь мне помогать, я буду считать тебя пособницей в этих убийствах, и мои федеральные друзья заметут тебя вместе со всеми остальными вашими дилерами. Тогда твою «милую» никто не спасет.
Мишка очень надеялась, что угроза про «милую» не прозвучит глупо. Оса, как думала Мишка, еще не добралась до Обители и не смогла забрать ту, кого хотела забрать. Иначе зачем она оставалась в Питере? Могла бы уехать куда-нибудь подальше от убийцы с топором.
Оса молчала.
– У меня здесь свой полицейский, – сказала Мишка. – Тебе ничего не угрожает. Мы в больнице. Я тебе сейчас скину адрес. Жду.
Оставалось надеяться, что угрозы сработают. Общаться по телефону с Осой Мишка не собиралась. Во-первых, потому что ее смутные планы по поимке убийцы требовали физического присутствия девушки из Обители и ее доступа к «Колодцу» в Лабиринте. А во-вторых, потому что с тех пор, как Оса отправила ее на верную смерть, Мишка ни одному слову из ее рта не верила и спокойно была готова себя чувствовать, только если Оса в ее жизни отсутствовала или находилась под постоянным присмотром полиции.
– Пока, – сказала Оса и сбросила звонок.
Она опустила на стол листок, подтянула к себе банку из-под тушенки, из которой собиралась сделать первую бомбу. Пробормотала Бабину молитву «химиков»:
