– Да не то чтобы. Но больше нужного, это точно, – сказал Арт. – Вот и когда Катя умерла, Соня весь день была в прострации.
– Софья сказала, что в этот день была на парах, – сказала Мишка. – Под этими таблетками можно ходить на пары?
– Э-э-э… – Арт, кажется, понял, что сморозил не то. – Нет, под ними нельзя. Но она уже на отходняках была.
– А Катя принимала? – спросила Мишка.
– И Катя, и все они. За этим и собирались. Вот я и думаю: Катя не отошла еще и под поезд упала. А может, и прыгнула, мало ли что там может быть.
– А почему Софья подумала, что это убийство? – спросила Мишка.
– Да она, когда узнала о Катиной смерти, выложила в инстаграм[9] фотографию Катину, старую. А сама не в себе была и потом не могла вспомнить, как это вышло, – сказал Арт. – И там уже додумала про убийство.
– Ты эту фотографию видел?
– Видел. Это их старая, с весны еще. Тогда Соня и Катя ездили по метро весь день и целую кучу наснимали, – сказал Арт.
– Откуда ты знаешь, что это Соня на фотографии? – спросила Мишка, уже догадываясь, как он ответит.
– Браслет, кажется, ее, я видел его у нее дома, – сказал Арт.
– Понятно, – сказала Мишка. Ничего не сходилось, но у нее начало складываться ощущение, что чем дольше допрашиваешь Арта, тем больше правды он говорит. Очевидно, выбирая между покрыванием собственной задницы и чужих, Арт выбирал свою.
– Да уж, яснее ясного. Я говорю, надо кончать с этим. Прости, что тебя втянул в эту фигню. – Арт развел руками. Вот это было совсем странно. Арт никогда не извинялся – свойство человека искусства.
– Не страшно, – сказала Мишка. – Странно только, что Софья мне написала такое длинное сообщение. Не похоже на кратковременное заблуждение.
– Странно, – согласился Арт. – Ну, может, ей хотелось заземления. Чтобы кто-то со стороны глянул, проверил, на месте ли у нее шифер.
– А когда она рассказала тебе, что сама выложила фотографию? – спросила Мишка.
– Вчера вечером, написала, чтобы успокоить. Сказала, что вспомнила, – сказал Арт. – Так бывает с трипом. Вспоминаешь все через день или через неделю.
– Да, я понимаю, спасибо. – Мишка остановилась и взяла Арта за руку. – Послушай меня внимательно. Я все равно встречусь с остальными свидетелями. И я знаю совершенно точно, что что-то в ваших показаниях не сойдется. Ты мой друг. Ты помогал мне в расследованиях. Я не подозреваю тебя, потому что ты не стал бы советовать меня Софье, если бы был виноват сам. Ты знаешь, что я обязательно раскрою это преступление. Но если ты знаешь, кто его совершил, например, если ты узнал это вчера, уже после нашей встречи, и сейчас скрываешь это от меня, мы перестанем быть друзьями. И это будет навсегда.
Арт колебался всего мгновение.
– Я не считаю, что здесь было совершено преступление, Мишка. Мне кажется, ты ошибаешься, – сказал он. – И я тебе говорю ту правду, которую знаю.
– Да? – Мишка знала, что художника проще взять на слабо, чем расспросить. – Если ты такой честный, скажи, а где находится квартира Сони и Вершика?
– Это не тайна, – сказал Арт. – Я тебе пришлю адрес.
И полез в карман за телефоном.
Чтобы скоротать время до встречи с Сенатором, Мишка зашла в книжный, прошлась по детективной секции. Взяла с полки хорошо знакомую серебристую книжку – «Стальные кольца» Эсфири Аир, – открыла наугад ближе к концу.
«Рамина улыбнулся и указал девушке на мягкое кресло возле камина. Пожалуйста, присаживайтесь, – сказал он. – Я знаю, сейчас прохладно. Могу принести плед. Девушка благодарно кивнула», – дальше читать не было смысла, потому что четыре предложения спустя наступала развязка, которую Мишка знала наизусть: «Вы убили Жерара! Укололи вот этим самым шприцем прямо в сердце». Как всегда, закрывая книгу про Брамма, Мишка проговорила его любимую присказку:
Это, конечно, была не молитва, но на Мишку присказка всегда влияла положительно.
Мишка поставила книгу на полку, еще побродила среди шкафов, полистала несколько давно примеченных книг – в основном датские детективы, до которых у нее никак не доходили руки. Потом взяла одну книгу, рассмотрела обложку: две девушки на фоне красной стены. Прочитала описание, поставила книгу обратно. В последний год она выбирала расследования в реальной жизни, а не в книгах.
Еще возле книжного Арту показалось, что за ним следят, и он поспешил спуститься в метро. Кто это мог быть? Вчера Соня сказала, что Мишка решила накрыть ее за продажу наркотиков, и теперь Арт боялся мафии и полицейских. Да, ему нравился кокс, но не как бизнес. Он почти не торговал сам, если только брал для друзей, и уж точно не хотел участвовать в покрывании наркокартеля.
