- Я пишу это письмо, - продолжил чтение Колдун, - чувствуя, что недолго еще осталось плавать. Я не хочу оставлять свои сокровища моим детям, которые не могут отличить грот-марсель от грот-стакселя. Они слишком жадны до денег, но хотят, чтобы золотые монеты сыпались им с неба. Я добывал свои богатства, рискуя жизнью, и не хочу, чтобы эти паркетные шаркуны развеяли их по ветру. Писатели, которые наивны, как дети, пишут в своих книгах, что сокровища надо искать на каких-то островах. И простодушные люди верят им. О, если бы они знали, танцуя в залах замка, что несметные богатства лежат под их ногами. Я представляю их лица. Ха, ха, ха!»
- Какой ужас! - закрыла глаза лапами Солнышко.
- Что с тобой, детка? - забеспокоилась Бабушка.
- Как он страшно хохочет!
- Тебе почудилось, мы не слышим его хохота.
- Но можно представить, - сказал Колдун.
- У него страшные зубы! - раскинул почему-то лапы Малыш. - Как у крокодила.
- Сумасшедшие глаза! - подхватил Толстяк.
- Успокойтесь, - попросила Бабушка. - А то мы сами себя испугаем. Читай, Колдун. Хорошо было бы пропускать самые страшные места...
- А если там ключ к нашему спасению? - предположил Колдун.
- Читай все подряд, - махнул лапой Колдун. - Женщины могут заткнуть уши.
- Вот еще! - возмутилась Солнышко.
- Тогда слушайте и сидите тихо, - посоветовал Ворчун.
- «Но они, - читал Колдун, - не осмелятся бродить по подземелью. Я оставил страшную легенду о том, что в подвалах нижнего этажа находится бездонная яма. Она скрыта от глаз, но достаточно наступить на то место, и ты полетишь вниз до самой преисподней. Если ты мой потомок, то не мог не слышать этой легенды.»
- Вот почему сэр Говард предупреждал нас, чтоб мы не шли в подвалы, - заметила Солнышко. - Он очень приличный молодой человек.
- И мы ему явно понравились, - сказал Малыш.
- Что там дальше? - обратился к колдуну Толстяк.
- «А если ты все-таки не смел и отважен, не готов пуститься в дальний путь, плыть по морям, бороться с ветрами и смеяться в лицо буре, то не выйдешь из этого тайника. Если ты негодяй, то кости твои будут лежать тут до конца века.»
- Мы пропали, - произнес Ворчун.
- Это почему? - запальчиво спросил Малыш.
- А потому, что я не собираюсь плавать по морям, - сказал Ворчун.
- Не плачь прежде времени, - включился в разговор Толстяк, - дай послушать до конца.
Установилась тишина, и Колдун продолжил:
- «В любом случае ты молодец, что не побоялся и проник к сокровищам. Но я хотел бы, чтоб ты был не только отважным, но и добрым. Первого качества во мне было больше, чем надо, а доброты - ни капли. Я убивал детей, смеясь.»
- Негодяй! - возопил Ворчун. - Я убью его!
- Поздно, - заметил Толстяк.
- Что поздно? - остыл Ворчун и расслабился.
- Убивать пирата Рональда Атвурда.
- Что это со мной было? - расстроился Ворчун. - Словно треснула голова, в глазах темно... Это когда я услышал, как он убивает детей. Изверг!
- Это уж точно, - согласился Толстяк. - Но наши эмоции излишни.
- Вы опять перебили меня, - проворчал Колдун. - Где я читал? Так... «Я убивал детей...»
- Пощади! - вскричал Ворчун.
- Нельзя ли это место пропустить? - колко заметил Толстяк.
- Хорошо. Пропустил. Читаю дальше. «Я думаю, что на том свете мне обрадуются только черти. Но я не хочу терпеть вечные муки. И ты меня выручишь, приятель, тебе хватит этих средств для добра. Ты будешь плавать по морям и океанам, и там, где я творил зло, будешь делать добро. Если ты с этим согласен, то я подскажу тебе, как выбраться из этого каменного мешка.»
От нетерпения скорее узнать, как можно спастись, и от страха, что этого не удастся им сделать, Толстяк так разволновался, что на него напал чих. И так он расчихался, что ничего нельзя было сделать. Уж и по спине зачем-то били, и лапой закрывали нос, и кричали в ухо, ничего не помогало. И какое счастье! В кармане платьица Солнышка завалялся кусок шоколадки в обертке. Солнышко тут же сунула лакомый кусочек Толстяку, он стал с удовольствием сосать, и чиха как будто и не было.
- Дальше! - с нетерпением крикнул Ворчун.
- Только успокойтесь, - попросила Бабушка.
- Ничего доброго я не жду, - мучался Ворчун.
- Да помолчи ты! - попросил яростно Малыш.
- Я и так молчу.
- Вот и молчи!
Колдун подождал, пока друзья успокоятся, и стал читать дальше:
