Так же из Выручай комнаты получался неплохой спортзал. Несколько архаичный на вкус Гермионы, но в нем присутствовали турники, шведская стенка и груша для отработки ударов. Так что теперь можно было тренироваться, а не просто бегать. С грустью Гермиона понимала, что мистер Ли ее бы не похвалил. Форму она потеряла. Игра в догонялки с огромной собакой, да еще и в облике пумы, не могла заменить нормальные тренировки.
Забавно было наблюдать со стороны за приключениями кружка юных драконологов, состоящего из Поттера и шестого Уизли. Парни зачастили к Хагриду и часто возвращались если не опаленные, то слегка погрызенные.
Глядя, как сова приносит Рону письмо от Чарли, Гермиона лениво думала, не подкинуть ли Поттеру мысль, что дракончика можно было бы забрать прямо от хижины Хагрида? Но потом решила не вмешиваться. Пусть у пацана будет своя доля приключений. Если они с Роном хотят тащить маленького дракона через весь замок на вершину Астрономической башни, то это их дело.
Когда за завтраком гриффиндорцы обнаружили, что факультет лишился разом сотни баллов, Гермиона поняла, что Норберт отправился в путешествие в далекую Румынию. А вот юным героям предстоит путешествие в Запретный лес. Ну что ж, удачи им. Сама Гермиона предпочитала проводить вечера за интересной книгой или болтая с Парвати. Ну и на гитаре иногда играла. А вообще, Гермиона старалась ложиться пораньше. Ранние утренние пробежки и игры с собачкой не давали засиживаться допоздна.
Незаметно подошла пора экзаменов. Для Гермионы они особой сложности не представляли. Для сдачи теории достаточно было сосредоточиться, и прочитанная книга вставала перед глазами. А учитывая, что в магии она практиковалась уже пять лет, то проблем с практикой не было и подавно. Тем более, высшие баллы девочка получить не стремилась. Скорее наоборот, старалась отвечать на уровне чуть выше среднего.
Последний экзамен по истории магии Гермиона постаралась написать раньше всех, после чего окольными путями поспешила в запретный коридор. К счастью, никого по дороге она не встретила. Зайдя в комнату к церберу, Гермиона бросила удивленному псу большущий кусок мяса. Тот явно не ждал свою гостью в середине дня.
— Жуй, песик, а я пока тут посижу. Ты же не против? — Гермиона обернулась пумой и протиснулась справа между стеной и цербером.
Спрятавшись за спиной пса, она приготовилась ждать. Пушок догрыз кости и обернулся к пуме. Пару раз он взрыкнул, приглашая поиграть. Но, не видя от нее ответной реакции, шумно вздохнул и улегся на люк, положив головы на лапы.
Ждать пришлось довольно долго. Пума терпеливо наблюдала за входной дверью из — за спины пса. Внезапно дверь открылась. Послышались звуки музыки. В комнату проскользнул профессор Квирелл, держащий в руках волшебную арфу, которая наигрывала красивую мелодию. Цербер зевнул во все три пасти и погрузился в сон.
Профессор поставил продолжающую играть арфу на пол. Подойдя к церберу, Квирелл склонился над люком, пытаясь отодвинуть с него тяжелую лапу. Небольшую пуму, скрытую массивной тушей цербера, он ожидаемо не заметил. Да и кто будет искать кого — то, прячущегося ПОЗАДИ огромного монстра?
Миг, и на месте пумы стоит девочка. Гермиона смотрит на играющую арфу, подхватывает ее телекинезом и со всей силы впечатывает в стену. Арфа разлетается в щепки. Гермиона снова обращается в большую кошку. Цербер открывает глаза.
Профессор дергается, пытаясь отпрыгнуть, но Пушок придавливает лапой полу мантии. Комнату сотрясает возмущенный рык цербера. Профессор выхватывает палочку, все еще пытаясь отскочить от зверя:
— Авада…
Из — за цербера стремительно выскакивает пума. Челюсти кошки смыкаются на палочке, вырывая ее из руки Квирелла. Пума по инерции пролетает за спину профессора. Она мгновенно разворачивается и вновь прыгает на Квирелла. Мощный толчок в спину — и профессор летит прямо в пасти цербера. Мощные челюсти смыкаются на теле преподавателя, разрывая его на части.
Из останков поднимается черный дух, с ненавистью глядит на кошку и уносится куда — то сквозь стену. Видимо, в Албанию.
Гермиона возвращается в человеческую форму и устало прислоняется к стене возле двери. Ее ноги дрожат. На то, что осталось от профессора, она старается не смотреть. Он все равно был почти труп, успокаивает себя девочка. То, что от него осталось, даже Пушок грызть не стал.
Гермиона подбирает палочку Квирелла, отирает ее полой мантии и бросает все еще беснующемуся Пушку. Цербер вмиг превращает палочку в щепки. В лапы Пушка отправляются и обломки арфы.
Гермиона внимательно осматривает себя со всех сторон и собирается уходить.
— Пока, Пушок. Хорошо сегодня поиграли. Наверное, мы больше не увидимся. Я буду скучать, — девочка машет рукой и выходит за дверь.
