Илья не охотно сел, он явно торопился и не хотел тратить время на разговоры.
– Мы вот что с Василием думаем. Один ты точно пропадешь, а с нами есть шанс.
– Вы что задумали, со мной, что ли ехать? Сам пропаду и вас за собой потащу, нет, это не по товарищески. Поймите вы, это мое личное дело. Только бы успеть до пострига.
– Остынь, не кипятись. Мы возьмем человек двадцать самых проверенных, разобьемся на четыре группы, чтобы не привлекать лишнего внимания на дорогах, а перед самым Суздалем соединимся. Действовать будем в масках, чтобы не узнали. Сейчас ты пойдешь к Воеводе Кремля и скажешь, что хочешь навестить дальних родственников, и некоторое время будешь отсутствовать в Москве. Ни кто, ни чего не заподозрит. Волчонка оставим здесь, в случае чего, он стрелой прилетит и найдет нас. Ребята, что останутся на охране башен и ворот, постараются, чтобы ни кто, ни чего не заметил. К вечеру выйдем и помчимся без остановок. Ее везут в возке, дороги нынче плохие, они точно будут ехать медленно, авось нагоним и отобьем твою красавицу. Ну что, по рукам?
– Спасибо ребята за помощь, век не забуду.
Илья обнял друзей, и они стали действовать, согласно намеченного плана.
С крутого берега речки Каменки открывался прекрасный вид на Владимирский Покровский женский монастырь. Он был хорошо укреплен и занимал весьма выгодную стратегическую позицию. Большой по размеру, монастырь представлял собой отдельную от Суздали крепость. Покровская обитель с момента своего существования играла мрачную роль женской духовной тюрьмы. Здесь постригались почти исключительно представительницы знатных царских и боярских родов, они умирали в монастыре и погребались в усыпальнице под собором и около него. Вдоль его стен проходила древняя Старомынская дорога из Москвы. По этому тракту, в сторону монастыря, спешил хорошо вооруженный отряд конных всадников. По раскисшей от дождей осенней дороге, подшпоривая коня, Илья Просветов стремился как можно быстрее достичь стен обители, словно боясь опоздать.
Ограда Покровского монастыря была частично каменной и имела обычную для таких стен конструкцию. С внутренней стороны были устроены глухие арки, являющиеся опорой для боевого деревянного хода вдоль стены, а выше шел кирпичный парапет с узкими бойницами. Шатровые башни с северной стороны на вид были очень суровы и почти лишены какого-нибудь убора. Боевой роли эти башни не играли и были, в сущности, чисто архитектурными, декоративными элементами ограды. За ними, внутри монастыря, лежала вторая линия стен, выделяющая особый дворик. С южной стороны стены располагался главный вход в монастырь через Святые ворота с находящейся над ними Благовещенской церковью. Ее трехчастный фасад, завершенный закомарами, с главой, поднятой на ярусе кокошников, возвышался над кровлями окружающих ее с трех сторон узеньких папертей, открывающимися наружу своими арками. Фасад самих Святых ворот снизу доверху был убран поясками поребрика, обрамленного валиками и ширинками различной величины. Они располагались с прихотливой свободой, словно зодчий не выкладывал их из кирпича, а резал из дерева. Эта примечательная особенность убранства части монастырской стены сообщала его облику задушевную простоту и непосредственность.
Ворота были наглухо закрыты. Илья осадил коня и спешился. Взявшись за железное кольцо, он начал тарабанить.
– Что нужно? – послышался голос с той стороны.
– Открывай, – скомандовал Илья.
– Не велено, завтра приходите.
– Я сказал, открывай, пес смердящий!
– Не велено. Матушка игуменья распорядилась ни кого не пускать.
– У меня срочная грамота от Патриарха, – соврал Илья.
– Всеравно не велено, игуменья строго запретила пускать посторонних людей, особенно вооруженных.
– Пошли кого-нибудь к ней, пусть доложат, – раздраженно выкрикнул Илья, начиная терять терпение.
– Ни кого нет, все сейчас на службе в соборе. У нас сегодня особо торжественный постриг.
Алексей потянул Илью на себя за рукав.
– Бесполезно с ним спорить, Илья, пусть Василий тут побарабанит, а мы с тобой пойдем в обход. Должна же быть какая-нибудь лазейка, может быть, и проникнем внутрь.
Илья сел на коня и прихватив с собой еще пятерых воинов, вместе с Алексеем направился вдоль монастырской стены на северо-запад.
– Смотри, Илья, здесь стены вроде бы пониже, – Алексей осадил коня.
Его примеру последовали и все остальные.
– Да, ты прав. Ров не глубок, воды в нем нет, может быть попробовать подняться на стену по веревке? – Илья вопрошающе посмотрел на Алексея.
– давай попробуем. Думаю должно получиться. У кого-нибудь есть веревка? – обратился Алексей к сопровождающим их воинам.
Один из них отстегнул от луки седла аркан и протянул Алексею. Тот взял его, оценивающе посмотрел на разделяющее расстояние и, не решившись бросить, выразительно взглянул на Илью.
