— В соответствии с тем, что мы проверяем, Андрэ, лечение в храмах в старые времена, вера в медицинских процедурах в прошлые века и концепция того, что дьявольские сущности провоцируют самые большие увечья у человека, не совсем лишены основания. Бесспорно, среди воплощённых Духов внешние ментальные проявления зависят от баланса тела, как хорошая и совершенная музыка зависит от верного ей инструмента. А медицинская наука достигнет своей возвышенной кульминации, когда тень вечной души будет проверяться в преходящем теле. Каждая клетка — это инструмент какой-то определённой ментальной вибрации. Все мы являемся наследниками Отца, который создаёт, сохраняет, совершенствует, преображает или уничтожает и, ежедневно, с помощью своего потенциала, созидающего латентные энергии, мы что-то создаём, обновляем, улучшаем или уничтожаем. Это оправдывает удивление в ваших рассуждениях перед лицом новых пейзажей, появляющихся прямо у вас на глазах. Борьба за совершенствование огромна. Что же касается систематической борьбы с вампиризмом в различных болезнях души, то здесь, на плане нашей активности, хватает процедур внешнего плана по очистке и лечению; но, анализируя основу, мы вынуждены признать, что каждый Божий Сын должен быть сам себе врачом, а пока что, вплоть до полного восприятия этой истины с применением её принципов, индивидуум будет объектом нескончаемой неуравновешенности.
Понимая моё удивление, Александр указал мне на молодого человека, который собирался войти в свой дом после небольшой прогулки пешком, и сказал:
— Есть различные процедуры духовного лекарства против вампиризма, которые мы могли бы развивать в различных направлениях; но чтобы продемонстрировать вам это на практике, мы посетим дом нашего друга. Вы узнаете самое мощное противоядие.
Заинтригованный, я заметил, что несчастные сущности теперь, казалось, чувствовали себя очень неудобно. Что-то мешало им сопровождать свою жертву внутрь дома.
— Естественно, — добавил мой благородный спутник, — вы уже знаете, что молитва создаёт вибрационные границы.
Да, я уже наблюдал эксперименты подобного рода.
— Здесь, — продолжил он, — живёт сестра, которая с радостью культивирует прямую и пламенную молитву.
Мы вошли в дом. Пока наш воплощённый друг готовился войти к себе, Александр объяснил мне причину возвышенного покоя, царящего в этих стенах.
— Обитель, — сказал он, — не только место жительства тел, но, прежде всего, обиталище душ. Домашний алтарь, населённый существами, влюблёнными в молитву и возвышенные чувства, превращается в утончённое поле самых красивых цветений и духовного урожая. Наш друг ещё не сбалансировал себя в существующих основах жизни после чрезмерных колебаний и неосмотрительных опытов своей ранней молодости; Но его супруга, молодая женщина-христианка, гарантирует ему спокойный дом своим присутствием, щедрым и постоянным выделением очистительных и светлых сил, которыми питается его Дух.
Я был чрезвычайно удивлён. И в самом деле, внутренний покой дома было велик и комфортен. В каждом углу и на каждой изолированной вещи ощущались вибрации неизменного покоя.
Молодой человек входил в свой скромный дом, уже готовый к ночному отдыху.
Александр по-отцовски взял меня за руку, доведя до двери, которая бесшумно затворилась, и слегка придержал меня, словно мы находились перед алтарём, к которому надо подходить с религиозным трепетом.
Очень молодая женщина, в которой я сразу же узнал супругу нашего спутника, отделённая от своего тела, в состоянии сна, почтительно приветствовала моего инструктора. После приветствия со мной и благодаря представлению Александра, она радостно воскликнула:
— Благодарю Бога за возможность совместной молитвы. Входите. Я хочу превратить наш дом в живой Храм Господа нашего.
Мы вошли в комнату, и я едва сдержал возглас удивления перед ситуацией.
В этот момент молодой человек уже забирался под одеяло, с очевидным желанием разбудить свою заснувшую супругу.
Я наблюдал за гармонической и священной сценой. Постель была окружена интенсивным светом. Я видел тонкие нити магнетической энергии, соединявшие душу нашей благородной подруги с её физической формой, лежащей на постели.
— Простите меня, — сказала она, полная благожелательности, взглянув на инструктора, — сейчас мне надо заняться своими неотложными обязанностями.
— Занимайтесь, Сесилия, — произнёс Александр с нежностью благословляющего отца, — мы здесь просто для того, чтобы навестить вас.
Сесилия поцеловала ему руку и попросила:
— Не забывайте нас в своих благословениях.
Александр молча улыбнулся и на несколько минут застыл в глубокой медитации.