Я перешёл к изучению женской формы, так же светящейся, сконцентрировав свой аналитический потенциал на эндокринной системе, расположенной в виде созвездия среди органических элементов. Начиная от эпифиза, расположенные между мозговыми полушариями, и до центров зачатия, железы, похожие на маленькие звёзды, собранные по вертикальной оси, словно блестящей антенны, притягивающей свет Свыше, казалось, формировали прекрасную световую систему. Каждая из них представляла свою специфическую форму, свою вибрацию, свои особые характеристики, свой цвет, отличавший их одна от другой, и все они, каждая по-своему, получали освещение эпифиза, похожего на голубоватое солнышко, поддерживавшего в своём поле магнетического притяжения все звёзды, начиная с гипофиза и до области яичников, словно наша жизненная звезда, гарантирующая соединение и движение великой семьи планет и астероидов.
Моему удивлению не было конца.
Я должен был, наконец, признать, что моё удивление стало ещё большим, когда я увидел блестящие флюиды, выходившие из центров гениталий, похожих в своём ансамбле на крохотный алтарь, полный света.
Я обратил вопрошающий взгляд своему инструктору, и его пояснения не заставили себя долго ждать.
— На Земле, — сказал мне, улыбаясь, Александр, после того, как подошёл ко мне, — существует ещё много невежества вокруг божественной миссии секса. Для нас же, желающих придать значимость земным опытам, земные отцовство и материнство священны. Созидательная способность — это также божественное проявление человека. Материнская женская матка означает для нас всех благословенную дверь для искупления. Для великого числа людей в Сфере Земли небесное видение является символом отдыха и бесконечной радости, тогда как для многих из нас земное видение означает созидательный и здоровый труд. Мы не достигнем земли обетованной искупительного служения без помощи созидательных сил, связанных с мужчиной и женщиной.
Я по-новому понял возвышенный характер сексуальных энергий и вспомнил с сожалением обо всех воплощённых, которые ещё не пришли к созидательному уважению и пониманию священных органов зачатия. Мой ориентер, между тем, словно антенна, принимающая мои ментальные эманации, благожелательно предупредил меня:
— Оставьте любое проявление не созидательных воспоминаний. Те, кто оскорбляет секс в письме, в слове или в действии, уже являются великими несчастными в самих себе.
Я сохранил этот урок и благословил начинавшийся опыт.
Александр распрощался, оставив меня в большом учреждении планирования, где помощник Жозино, занятый обязанностями своего министерства, доверил меня заботам Манассеса, брата из информационных служб дома, принявший меня с удовольствием, окружив меня любезностью и нежностью.
Я сразу же почувствовал, что моё ученичество здесь начинается с огромной пользы для меня. Манассес был ходячей книгой. Его отчёты и информация проявлялись в ценных учениях.
Когда мы подходили к павильонам рисунков, где множество сотрудников набрасывали планы для отдельных перевоплощений, моего нового компаньона позвала симпатичная сущность, которая попросила у него какую-то информацию. Манассес с оптимизмом представил меня ей. Это был коллега, который, после пятнадцати лет работы помощи, собирался вернуться в телесную сферу для оплаты некоторых своих долгов. Вновь прибывший казался колеблющимся. Видно было, что он боялся, был в растерянности.
— Не поддавайтесь негативным впечатлениям, — сказал Манассес, придавая ему доброго настроения. — Проблема возрождения не так уж и туманна. Естественно, она требует мужества, доброго предрасположения.
— Однако, — воскликнул собеседник с грустью в голосе, — мне страшно, что я заключу контракт новых долгов вместо того, чтобы оплатить старые. Это так трудно — победить в телесном опыте, из-за забытья, которое приходит с перевоплощением…
— Но праздновать триумф было бы намного труднее, если сохранять память, — немедленно отреагировал Манассес.
И, улыбаясь, добавил:
— Если б у нас были великие добродетели и прекрасные реализации, нам не нужно было бы повторять уроки, уже прожитые во плоти. И если в нашей памяти только рубцы и отклонения, то благословим временное забытье, которое Еосподь нам даёт.
Собеседник выдавил из себя улыбку и возразил:
— Я знаю ваш оптимизм; я хотел бы быть таким же. Я в полном доверии буду обращаться к вам за помощью.
И, изменив тон своего голоса, спросил:
— Можете вы мне сказать, готова ли моя модель?
— Думаю, что завтра вы сможете прийти за ней, — ответил Манассес в добром настроении; — я уже видел начальную графику и поздравляю вас с тем, что вы согласились на любезное предложение друзей-ориентеров в отношении дефекта вашей ноги. Конечно, вам придётся бороться с большими трудностями в начале нового сражения. Но победа принесёт вам благо.
— Да, — ответил тот, немного утешенный, — мне нужно сопротивляться определённым соблазнам моей низшей природы, и больная нога поможет мне, доставляя заботы. Это будет противоядием от тщеславия, часовым против чрезмерного самолюбия.
— Отлично! — с оптимизмом воскликнул Манассес.